― Правда?! ― Жорик выглядел озадаченным. ― Значит, ошибся. Я по-видимому, в понедельник приходил. В санатории все дни один на другой похожи. Ладно, в субботу снова загляну, может, застану. Ну, ладно, бывайте, удачной ловли!
― Пока! ― рыбак снова закинул удочку, а Привольнов начал подниматься на пригорок.
Что ж, у хозяина котельной было алиби. Но Жорик не расстраивался. В запасе у него оставалось еще два подозреваемых.
Вернувшись в город, Жорик из первого же попавшего на пути телефонного автомата позвонил Стражникову Олегу. Майор оказался на рабочем месте. Узнав голос Привольнова, он мгновенно разъярился.
― Ты?! ― едва сдерживая себя, чтобы не разораться в присутствии подчиненного, сказал он стиснув зубы. ― Ты где?
Жорик прекрасно понимал, чем вызван гнев боевого товарища. Он усмехнулся:
― Да здесь я на Глинке у магазина «Снежанна» околачиваюсь. Не хочешь со мной повидаться?
― Очень хочу! ― рявкнул Стражников. ― Жди сейчас буду! ― и он шваркнул трубкой.
Громадину магазина «Снежанна» Жорик для встречи выбрал неспроста. Она стояла на углу оживленного перекрестка, по которому проезжали все виды наземного транспорта, а под землей пролегало метро. Здесь находились торговые ряды, было много мелких магазинов, располагались летние и зимние кафе, а потому соответственно было многолюдно. Толпы людей сновали по перекрестку, спускались в подземные переходы и поднимались из них, стояли на остановочном комплексе и расхаживающий среди людских масс Жорик не привлекал к себе особого внимания. Так что, если рассерженный Стражников надумает привести с собой омоновцев, вычислить и захватить в толпе Привольнова будет не так-то просто.
Однако Олег прибыл один. На всякий случай Жорик издали понаблюдал за остановившимися за автобусной остановкой старенькой «семеркой», но ничего и никого подозрительного поблизости от нее не заметил. Выскользнув из толпы, Жорик приблизился к автомобилю и открыл дверцу.
― А, конспиратор хренов! ― ухмыльнулся Стражников. ― Я уж тебя давно просек. Жду когда в разведчика наиграешься да подойдешь. Не доверяешь?
― Просто осторожничаю, ― осклабился Привольнов. ― Мало ли что.
― Значит, не доверяешь! ― Стражников завел мотор. ― Полезай, давай. Прокатимся!
Едва Привольнов скользнул на переднее сиденье и хлопнул дверцей, как Олег тронул автомобиль с места. Пока майор добирался от милиции до магазина «Снежанна», он уже успел взять себя в руки и даже старался выглядеть насмешливым.
― Ну, чего ты там опять натворил? ― Стражников увеличил скорость, обогнал колымагу. ― У нас в РОВД только и разговоров о том, что особо опасный преступник на сей раз пришил какого-то бывшего зека, а потом, забыв что-то на месте преступления вернулся, да нарвался на следственно-оперативную группу.
― Да чушь все это, ― устало признался Привольнов. ― Никого я не убивал и никуда не возвращался. Я разыскивал подставившего меня человека, вышел на него, но перед моим приходом его застрелили. Кто ― понятия не имею.
Стражников покосился на пассажира.
― Тебе можно верить? ― спросил он с сомнением.
― Я не убийца! ― твердо сказал Привольнов. Он с грустной улыбкой показал Олегу запястье, на котором было выколота буква «С». Когда-то, служа в войсках специального назначения, Стражников, Привольнов и еще несколько молодых бойцов накололи себе на запястье начальную букву от слова спецназ. По ней сослуживцы рассчитывали в случае необходимости опознавать друг друга. Детство, конечно, но теперь эта татуировка через годы и расстояния незримо связывала раскиданных по миру бывших боевых товарищей. ― Помнишь? ― сказал Жорик. ― Так вот, если тебе дороги те годы, та дружба, которая была между нами, все то, что нам удалось вместе вынести и испытать, в спецназе то ты должен поверить мне. Я все тот же Жорка Привольнов, пусть пьяница, опустившаяся личность, но честный человек. Да, я убивал когда-то, Олег, но действовал по приказу. Правильно ли я поступал тогда, не знаю. Пусть бог рассудит. Но сейчас гражданскому суду судить меня не за что.
На душе у Стражникова потеплело. Он вспомнил те далекие суровые годы службы, товарищей, тех кто остался в живых, и тех, кто погиб.
― Да ладно тебе, ― произнес Олег, смягчаясь. ― Все нормально. Но зачем ты, честный человек, черт возьми участковому руку сломал?
Привольнов слегка смутился.
― А что мне было делать? В вагончике оказалось трое вооруженных ментов. Они же из меня живо решето сделали бы. Пришлось троих обезоружить, а третьего вывести из строя.
Стояли на перекрестке, и Стражников, поглядывая на светофор, проворчал:
