Инна сидела и думала. Потом махнула официанту: счет! Положила в книжечку нужную сумму и ушла, не дожидаясь сдачи. Хватило сил помахать Марине Николаевне на прощание, и все. Дальше только держаться до дома. По пути в холл она уже вызывала такси. Мелькнула мысль зайти в другой зал, где, возможно, был Сергей, но девушка передумала. А вдруг он там не один? Вдруг… с другой женщиной?
"Ну и что?"
Она знала, что они были. И что, вполне возможно, будут еще. Но не ожидала, что вот так, сразу. Он не похож на Михая. Не наигрался. И не играл. Она бы поняла, сейчас уже не та девчонка-школьница. Когда Сергей ее завез домой и тронул руку на прощание, не желая отпускать — она знала, что все хорошо. Что же случилось теперь?
Девушка механически одевалась, думая о своем. Так же отстраненно она пошла на выход, когда тренькнула Эс ЭмЭска. Такси. У нее осталось денег ровно до дома. За ожидание нечем платить.
Вслед ей смотрел тот, о ком она сейчас думала.
— Ты где застрял? — ласково спросил Иванченко, что означало "где шлялся".
— В туалете.
Серый знал, что потом будет разбор полетов, и он еще получит за свои хождения "в туалет". Надо быть при начальстве.
— До дома не донес, — заржал Иванченко, а сам ткнул Серого ногой под столом.
Серый удивился, но виду не подал. Непонятно. Главный что, решил, он что-то проверял? Ожидал подвоха от пригласившей стороны? Серый едва заметно качнул головой и стал ковыряться в рыбе. Бросил, не доев. Аппетита почему-то не было.
Оганесян предложил выпить за покойного не чокаясь. Однако Серый был за рулем и избежал сей участи. Сказал еще:
— Прошу прощения.
За что просил и перед кем, непонятно. Это просто слова. И легче от них не делается, как оказалось. Итак, дела улажены. Сейчас они встанут, попрощаются и пойдут на выход. Потом сядут в машину и поедут в офис по горячим следам обсуждать происходящее. После этого Серый свободен до завтра и волен улаживать свои дела.
Хаджитур встал первым, за ним Овик. Серый подмечал такие мелкие детали. Значит, свояк покойного до сих пор не чувствует себя главным в этой связке и следует за негласным лидером. Руки друг другу жать никто не стал. Доверия нет.
Серый вышел в холл и увидел в дверях Инну в ее дурацком дутом полупальто. Узнал бы ее из тысячи, наверное. Даже со спины.
Он вдруг ощутил холодный азарт, который всегда приходил во время охоты. Это как часами выслеживать цель, лежа замаскированным в своей нычке. Двигаться и обнаруживать себя нельзя, что бы ни случилось, иначе сам станешь объектом. Снаружи все спокойно и неподвижно, но внутри — постоянное внимание и интерес к происходящему. И когда пуля настигает цель, только в этот миг ты чувствуешь себя по-настоящему живым.
Инна обнималась с собакой. Девушка плакала, беззвучно и тоскливо, как-то безнадежно, выплескивая свое беспокойство. Зато собака оторвалась. Она вдруг стала подвывать, прерываясь на вылизывание лица хозяйки от слез.
— У-у-у!!! Ву! Вуф! У-у! — выводила она звучные рулады, задрав морду к потолку.
Сверху застучали соседи. Хозяйка собаки начала икать, на сей раз от смеха.
— Ох, Лора, — снова обняла она наглую собаку, которая запрыгнула с лапами на тахту. — Что бы я без тебя делала?
Инна поцеловала собаку в мокрый нос, получив взамен языком по лицу, и пошла умываться, а потом пить воду. Икота не унималась. "Икота-икота, перейди на Федота, с Федота на Якова, с Якова на всякого…" Ну что такое, в самом деле? Безобразие. Вдруг Сергей сейчас придет и все объяснит, а она в таком виде. Надо что-то делать.
Девушка набрала телефон Сергея и тут же, испугавшись, сбросила. Не стоит. Когда захочет, сам позвонит. Этот номер для экстренных случаев, он сам сказал. Если будут в квартиру ломиться или еще что. Инна положила телефончик на стол и уставилась на него как на врага народа.
— Я же девочка… Ну, девочка я?
Она переоделась в новый белый халат до пят, который уже полгода ждал своего звездного часа. Потом нашла злосчастный зеленый чай, который не понравился Сергею, и начала его изничтожать. Один пакетик выпила — полезно для кожи, а еще два запарила кипятком и легла, положив пакетики на опухшие от слез глаза. Она будет красивая, словно ничего не случилось, и не будет задавать ненужных вопросов. Пусть он сам все расскажет. Решение, которое пришло, казалось самым правильным.
Она девочка, а не базарная тетка, которая устраивает скандалы по пустякам. Надо сначала выслушать.
Незаметно Инну сморил сон.
Иванченко устроил небольшую планерку с Серым и Гриневым. Марина дважды успела сварить кофе и чай, пока мужчины не выработали единую линию поведения. Того бойца, который напал на Иванченко, они сдали. Он знал только то, что его послал Данилян. Про подвиги Серого на тот момент было не в курсе даже начальство.
— Да… заварил ты кашу, Серый, — покачал головой Иванченко и отставил свой чай в подстаканнике.
— Куда деваться? — развел он руками.
