— И ты уже заметила, что ситуация здесь начинает ухудшаться — цикл начинается снова, а это значит, что есть большая вероятность того, что примерно через год или два мы все умрём.
— Ты хочешь, чтобы я сохранила твои безделушки, чтобы фейри не смогли ими воспользоваться?
Джин Ён издал тихий довольный смешок, который заставил Эбигейл покраснеть, что выглядело как сочетание раздражения и смущения.
— Сегодня очень приятный день, — сказал он только для моих ушей.
— Твоему парню нужно усвоить, что это грубо — намеренно говорить так, чтобы другие не могли понять, — сказала Эбигейл.
Он послал ей свою самую мечтательную, искрящуюся улыбку, и ей потребовалось всего мгновение, чтобы расколоться и печально рассмеяться.
— Он уже в курсе, — сказала я сочувственно. — Он просто ужасен.
— Я прекрасный человек, — сказал Джин Ён, задрав нос. — Я должен быть прощён.
Эбигейл рассматривала его ещё несколько печальных мгновений.
— Похоже, ты такой всегда. Как насчет этого, Пэт? Ты согласна сохранить их для нас?
— Я могу это сделать, — медленно произнесла я. — Но, думаю, я знаю кое-кого, кто подошёл бы лучше — и безопаснее.
— Я не очень люблю, когда меня представляют, — сказала она. — И чем большему количеству людей я представляюсь, тем больше шаблонов мы привносим в мир. Мы выжили, оставаясь маленькими. Твой друг окажется в опасности, если ты познакомишь его с нами — это тот риск, на который он готов пойти?
— Тебе не обязательно с ним встречаться, — сказала я. — Я могла бы передать ему информацию. Возможно, вы его уже знаете: Детектив Туату из полицейского участка Хобарта.
Она уставилась на меня.
— Ты его знаешь? Он знает о нас?
— Он не знает о вас — во всяком случае, пока. Он знает о… ну, почти обо всем остальном. Он старается не слишком вмешиваться, но время от времени дает мне информацию. Он был бы в безопасности, и он… защищён. У него тоже немного меньше связей с другим миром, чем у меня. Ни один фей не сунет пальцы в украшения, к которым не должен прикасаться.
Я была предельно честной, но, хотя у Туату и не было друзей среди фейри, у него были очень интересные отношения с Северным Ветром. Насколько я могла судить, это просто означало, что он был в большей безопасности, чем большинство людей, которые знали о Запредельных.
— Я слышала о нём, — сказала Эбигейл. — Мы были… то есть его друг был частью нашей группы некоторое время назад. Он умер как раз перед тем, как собирался привлечь к этому делу Туату: мы заставили его следить за местоположением из чьего-то дома.
— Мне всё ещё не удалось заполучить туда кого-то ещё, — добавила Кейденс с кривой улыбкой.
— Это больница, — сказала я им. Так вот чем занимался друг Туату в доме Морганы!
В её голосе слышалось разочарование.
— Что? Больница?
— Ну да. Что-то вроде тюремной больницы: это место, где Запре… фейри содержат заключенных, которым необходимо прийти в себя, прежде чем их можно будет приговорить или посадить в тюрьму. Ничего особенного.
— Какая трата времени! — пробормотала она. — Ресурсы, жизнь — какая причина умереть!
— Это тоже создало некоторые проблемы для детектива. Они пытались повесить смерть на него.
Эбигейл пристально посмотрела на меня.
— И он сбежал?
— Им было немного трудно продолжать обвинять людей из полиции после того, как мы их оттуда вышвырнули, — отметила я. — Они всё ещё время от времени пытаются напасть на него, но теперь за ним довольно хорошо присматривают, и в данный момент они не могут слишком сильно связываться с копами.
— Количество инцидентов в Центральном Деловом Районе значительно снизилось пару месяцев назад, — сказала Эбигейл, как будто не совсем верила в это. — Это была ты?
— Это были мы, — сказала я. — Мы и двое фейри. Они устроили там миленькое крысиное гнездышко, которое нам пришлось расчистить, но как только оно исчезло, им стало труднее пользоваться поддержкой полиции. У них всё ещё есть кое-какие корни в полиции, но ничего подобного раньше не было.
Она глубоко вздохнула, а Кейденс за её спиной удивлённо покачала головой.
— Тебе следует подумать о том, чтобы присоединиться к нам, — сказала Эбигейл. — Если ты пытаешься творить добро здесь и не хочешь ставить под угрозу то добро, которое делаешь, мы — твой вариант.
— Я подумаю об этом, — сказала я, и сказала это абсолютно честно. Мне всё ещё не терпелось узнать, почему Эбигейл решила встретиться со мной снова, почему она вообще решила доверить мне свои артефакты, но время от времени я задавалась вопросом, что произойдёт, когда трое моих психов найдут своего убийцу и уберутся восвояси, оставив меня в покое в моём доме. Я не думала, что смогу вернуться к нормальной жизни, не знала, что меня ждёт нормальная жизнь. Я даже не знала, была ли у меня нормальная жизнь с самого начала. Если Эбигейл вписывается, они могут быть хорошим вариантом для меня.
Эбигейл кивнула в сторону Джин Ёна.
— А что насчёт него?
— Я иду туда же, куда и она, — сказал Джин Ён, пожимая плечами.
