— Кристина! — рявкнул Лиам, появившись передо мной сквозь пелену дождя. — Какого демона изнанки ты задумала?! Ты всерьез надеешься, что я позволю тебе куда-то сбежать?! Тебе, представляющей такую угрозу для мира! Ты должна быть постоянно под мои контролем! У меня на глазах и… — и сам же осекся. Видимо, тот факт, что я молчу, не спорю с ним и просто слушаю, его уж очень озадачил.
Добавил хмуро, ни на миг не сводя с меня взгляда:
— Что вообще происходит?
— Я просто вышла прогуляться перед сном. Как только погода испортилась, пошла обратно, только и всего, — оставалось надеяться, что магию Деррека Лиам не засек. Ведь раз он не знает о существовании Лекса, то любое проявление подобной магии будет считать делом моих рук. И как мне тогда доказываться, что я вовсе не лелею никаких злодейских планов?
Я не могла понять, откуда у меня это в сознании, но ни на секунду не покидала уверенность, что я ни в коем случае не должна рассказывать Лиаму о Лексе, о Дерреке, об уговоре насчет пробуждения магии. Разумом я считала, что Лиам должен все это узнать. Но странные чувства диктовали обратное. И настолько, что даже паника накатывала от одной мысли, чтобы все же Лиаму рассказать.
— А мне доложили, что ты собралась сбежать с Дэмианом, — изобличительно произнес он.
Я улыбнулась:
— Тебе не кажется, что в таком случае как-то странновато я сбегаю? Мало того, что одна, так еще и в сторону университета.
Лиам ответил не сразу, смотрел на меня очень внимательно.
— Кристина, я хочу знать правду. Я должен знать правду. Все-все, что ты замышляешь, от и до. Я ни в коем случае не допущу, чтобы ты пересекла допустимую грань. Пойми, пожалуйста, я стремлюсь к этому не только на благо мира, но и ради тебя самой.
— Я понимаю и признаю твою правоту, поверь.
Он резко нахмурился.
— В чем подвох?
Я даже растерялась.
— А почему сразу подвох? Что не так? Все ведь ясно как день… Лиам, но ты сам посуди, как я должна была ко всему этому относиться. Мало того, что ты считаешь меня вселенским злом, так еще и невеста у тебя имеется.
На миг изумившись, он тут же расплылся в улыбке.
— Так, значит… Все же я не ошибся, ты вела себя так глупо и вправду исключительно из-за обиды и ревности…
Протянул мне руку.
— Пойдем, Кристин. Погода явно не располагает к разговорам, не хватало еще, чтобы ты простудилась. Нам многое нужно обсудить, но в куда более подходящем для этого месте. Лорд Тавер должен был тебе сообщить, что нам отвели отдельную комнату вдали от жилых башен, вот там и пообщаемся спокойно по душам и без лишних свидетелей.
Эта комната отличалась от спален в жилых башнях. По крайне мере, тех, которые я видела. Была значительно больше и, скорее всего, считалась гостевой, для каких-нибудь заезжих важных персон. Она и вправду располагалась в другом крыле университета, и Лиам вел меня таким лабиринтом, что сама бы я дорогу обратно уж точно не нашла.
По пути мы не разговаривали. И лишь когда уже оказались здесь, Лиам запер дверь и хмуро выдал:
— И все же, Кристина, с чего вдруг такие перемены? То ты от меня нос воротила, то вдруг такая смиренная и все осознавшая стала.
Я присела на диван. Ответила вполне искренне:
— А как иначе я должна была себя вести? У тебя невеста есть, в конце концов.
Лиам резко поморщился.
— С моей стороны это было глупейшей ошибкой. Я-то считала, что мои обязательства перед Вейдой помогут мне держать себя в руках и избавиться от любых чувств к тебе. Но это не только не помогло, но и усугубило. Сам того не желая, я постоянно вас сравнивал, и, как ты понимаешь, сравнение получалось совсем не в пользу Вейды. Но теперь этот вопрос будем считать закрытым, хватит уже фарса, я разорву помолвку.
Почему-то вместо вполне логичной радости и облегчения, мелькнуло даже легкое возмущение. Нет, Вейда мне не нравилась категорически. Но прав ли Лиам, вот так ею распоряжаясь? Свистнул — она прибежала. Как стала ненужной, пнул — она убежала.
Но, естественно, ничего этого вслух я не высказала, внимательно его слушала.
А Лиам чуть нервно выхаживал по комнате. Казалось, никак не может расслабиться, напряжен настолько, что готов в любой миг сорваться. Но это, скорее всего, так бессоница последних дней сказывалась.
— И пусть я отошлю Вейду, но и ты должна понимать, что легко и просто у нас с тобой быть не может. Как-никак ты — эдаринг, и этот факт никуда не деть. Закрывать глаза на твою проклятую суть я уж точно не собираюсь. Но если ты во всем будешь меня слушаться, совместными усилиями мы сможем все же решить эту проблему. Не убрать, конечно, насовсем, но из серьезной помехи нашим отношениям сделать ее лишь эдакой неприятной мелочью, с которой я все же готов мириться.
Он подавал это, как великое снисхождение со своей стороны. Преподносил, как чуть ли не рыцарский подвиг. Мол, хоть ты и априори вселенское зло, но, так и быть, я готов закрыть на это глаза. Точнее, не закрыть а лишь прикрыть. И не оба глаза, а лишь один. А вторым я все равно буду пристально следить, как бы ты, распоследняя по своей сути злыдня, конец света не устроила.
