Сегодня не было Кушины. Возможно, он совершил ошибку, приняв её молчание за согласие попробовать самому.
Наруто не слушал и на демона внешне не походил. Не меняя глаз, не выпуская когтей и клыков, он метнулся к Итачи, оттолкнулся от стены и атаковал так расчётливо, как сделал бы сам Итачи. Наруто учился в тренировках, а вместе с ним учился и демон. Каждый брал то, что выгодно ему.
Перед Итачи мелькнула прокушенная губа Наруто. Он все их искусал, борясь на два поприща одновременно. Ему было в разы сложнее. Он учился сосредотачивать чакру в одном месте и ставить заграждения от биджу в себе самом. Он никак не мог защититься сам.
Итачи отпрыгнул, в развороте посылая огонь, едва коснулся рукава Наруто. Ткань обуглилась. На миг Итачи встревожился, об ожоге подумал, но заставил себя выбросить это из головы. Даже если лис не обратит на рану внимания, не такая она и опасная. Пять минут работы медицинской чакрой и ворчания Наруто.
Итачи снова вынужден был уклоняться. Он видел брешь в обороне противника, мог бы ударить на поражение уже трижды, но не ударил, потому что перед ним был не враг. И потому что у тренировки другая цель. Учились они оба. В данный момент Итачи искал любой способ поймать Наруто шаринганом. А тот делал всё, чтобы этого не произошло.
Очередная атака выбила опору из-под ног. Наруто не сменил стратегии, действовал как человек, не подверженный влиянию биджу. Теневое клонирование заставило Итачи усилить натиск. Он не видел клонов, он цепко держал взглядом настоящего Наруто.
Голос Кушины:
«Шаринган тебе на что?»
Шаринган, словно повинуясь приказу, сменился на мангеке. За долю секунды до того, как Итачи поймал своего противника. Что-то произошло, выплеснулась волна силы. И исходила она от него самого. Не от Наруто, одержимого стремлением растоптать врага. Это очередное проявление возможности от одной только смены глаз. Наруто замешкался, а потом попался. Уже погружая его в Цукиёми, усиленное напряжением, ожидая удара теневых клонов, Итачи в прыжке повалил Наруто на пол и продолжал давить техникой. В этот момент успевал думать, что пора бы так же чётко отработать другую технику мангеке. Их много. Не все удастся изучить, но несколько обязательно должны быть в арсенале Учихи Итачи, если он хотел стать кем-то. Чтобы у него появился выбор. Он отлично помнил, зачем пошёл в АНБУ. Теперь его цель обросла дополнительными подробностями. Он не собирался отказываться от Узумаки Наруто, поэтому обязан выбить себе привилегии.
Наруто расслабился под ним.
- Контролируй, - в третий раз повторил Итачи.
Уже понял, что клоны развеялись. Не выдержали мысленной нестабильности создателя и лопнули прежде, чем коснулись Итачи кунаем. Опасная стратегия. Если бы Итачи ошибся, его могли убить. Но он не ошибся.
Девятихвостый, полузадавленный, лежал на полу за прутьями клетки. Итачи боялся отпустить его. Казалось, что он восстанет сразу же, как почувствует свободу, и ринется мстить. И поблизости не было надёжной страховки, которую Итачи всегда чувствовал за спиной, если Кушина была наблюдателем. Даже если и испытывала частичную неприязнь к Итачи из-за его выбора, она ни за что не позволила бы погибнуть ни одному из них.
Итачи попробовал немного ослабить контроль. Было больно и ему, и Наруто. Кровь капала на располосованные щёки безвольно раскинувшего руки в стороны возлюбленного. Тяжело дышал и опять стискивал зубы. Опять прикусил губу. Итачи видел свои волосы, кончиками купающиеся в крови, слышал своё дыхание, не более ровное, чем у поверженного, переживал мучительные моменты молота в висках и продолжал удерживать пленника. Наверно, когда сдаётся биджу, он влияет и на носителя. Отдавший больше половины контроля ему джинчуррики не сразу находит опору. Или это происходило только с Наруто. Неопытным юнцом, выросшим в мирное время и не подозревающим о монстре, который делил с ним всю жизнь.
Наруто, который не собирался атаковать Итачи. Который сразу осознал, против кого стоит в этой битве.
Итачи отступил, сменил мангеке на обычный шаринган и сразу почувствовал расслабленность. Лис не напал снова. Зато Наруто стал выглядеть близким и таким соблазнительным во всей этой крови и грязи от многочисленных огненных техник. Наруто был самим собой. Итачи отпустил его руки, сам почти лёг на него, почувствовал грудью его ходящую ходуном грудь, его отчаянно барабанящее сердце. Наруто дышал в лицо Итачи и первым потянулся за поцелуем. Наконец руки Итачи совсем подломились, он схватился ими за голову Наруто, погрузил пальцы в его влажные от пота волосы и целовал. Жар, не выпущенный в бою, сейчас рвался из них обоих, превращался в энергию другого рода, разливался по телам и заставлял прижиматься ещё теснее.
- Как давно, Ита… - Наруто запнулся. Снова потребовал его губ. Итачи ощущал на вкус его кровь, слизывал и не сглатывал. Хотел поглотить всего Наруто, быть с ним постоянно. Быть самим им.
- Давно не чувствовать тебя так близко… - понял его мысль Итачи.
