Ее пытались уверить, что рыба-мутант, возможно, существует – вот ее мозг и откликнулся на это заявление. И сегодня Васса никакой акулы не видела. Она
«Нет, дело не только в дожде, – опять сбилась на стихи Васса. – Я тогда говорила о том, что дождь – на всю ночь! Еще про одиночество говорила. Про свое сиротство. Усталость от такой жизни…» Васса набрала в очередной раз комбинацию из тех слов, что произнесла когда-то. В этот раз выскочила интересная цитата.
Васса встала, разбитой походкой, ненавидя себя, направилась к тете Поле.
– Что ж тебе сегодня неймется, деточка, – укоризненно произнесла тетя Поля, склонившись над пяльцами. – Мечется все чего-то, мечется… Запишись к Демьяну Демьяновичу, попроси, чтобы тебе новое успокоительное какое-нибудь выписали.
Васса покрутилась по комнате, затем, встав в дверях, произнесла вслух:
– «Нет одиночеству предела… Оно как дождь: на небе нет пробела, в нем даль морей вечерних онемела, безбрежно обступая города, – и хлынет вниз усталая вода. И дождь всю ночь. В рассветном запустенье, когда продрогшим мостовым тоскливо, неутоленных тел переплетенье расторгнется тревожно и брезгливо, и двое делят скорбно, сиротливо одну постель и ненависть навеки, – тогда оно уже не дождь, – разливы… реки…»6
То, что произошло дальше, буквально сразило Вассу. Вырубило ее. Вырубило точно так же, как и тетю Полю.
Потому что после этой самой цитаты, произнесенной Вассой вслух, тетя Поля замерла. Так и сидела, уставившись в одну точку с открытыми глазами, не моргая. Лишь голова у нее слегка подергивалась.
– Тетя Поля? – не сразу решилась произнести Васса. Этого же не может быть, потому что не может быть никогда… – Тетя?
Тетя Поля не отзывалась. Так и сидела, в дискретном режиме дергая головой. И не моргала, ну вот совершенно не моргала!
А как же обертка от сосисок? Картофельные очистки в мусорном ведре? Рассказы о детстве на Крайнем Севере, о тяжелой работе на металлургическом заводе? Невозможно же так врать, столь искусно притворяться. Учитывать все эти мелочи… вплоть до картофельных очисток, получается! До мусора в ведре, до шуршания туалетной бумаги за закрытой дверью, до смешного похрапывания ночью…
Годы, десятилетия обмана.
– Васса, ты чего? – неожиданно встрепенулась тетя. – Я задремала, что ли? Вот как эта погода дурацкая действует. Или это возраст дает о себе знать? Я тут, кстати, недавно разговорилась с одной дамой из соседнего дома, столкнулась с ней возле пункта доставки, так она заявила, что каждый день пьет витамин С и я вот подумала, не начать ли мне тоже его пить…
«Как все убедительно, как тонко… Гениально!»
Васса пробормотала что-то и ушла к себе в комнату. Упала на постель. «А если я на самом деле спятила? Сейчас очень многие едут крышей, сопротивленцы в чем-то правы, эта жизнь – без солнца, с частыми карантинами, без впечатлений, без поездок, в скудости и бедности – сильно влияет на людей!»
Ощущение, что она сходит с ума, захлестнуло Вассу.
– Тетя! – крикнула она. – Теть Поль!
– Да, детка? – Та немедленно появилась в дверях.
– Сделай чаю, пожалуйста.
– Конечно, моя милая… – радостно отозвалась тетя и исчезла.
Васса услышала, как тетя гремит посудой на кухне. «А если это все, вот то, что сейчас происходит, – просто розыгрыш. Розыгрыш такого масштаба, что даже тетя Поля в нем участвует? А потом она закричит «сюрприз» и начнет рассказывать, что обратилась в одну контору с целью развеселить меня. И устроила весь этот квест… С сопротивленцами. А они никакие не сопротивленцы. А типа аниматоры! И она сама разыграла роль робота…»
Подобное объяснение выглядело наиболее реальным.
– Васса, детка, чай готов!
Васса зашла на кухню, стол был уже накрыт – чай в чашке, блюдечко с сушеными фруктами вместо конфет и калорийного (да и дорогого!) шоколада.
Васса села за стол, тетя Поля напротив. Васса пила чай, а тетя Поля болтала – про соседей, слесаря Володю, который теперь обходит тетю за квартал, и о том, что хорошо бы приготовить солянку из капусты, да только где теперь хорошую капусту найти…
– «Нет одиночеству предела…»
Васса, ненавидя себя, торопливо произнесла ту самую цитату, начинающуюся столь печально. Раз – и тетя Поля опять замерла. «Ах ты лгунья!» Васса подскочила к той сзади, потянула ворот тетиного халата вниз. Обнажилась тети-Полина шея… И чуть ниже то, что называлось загривком, кажется. Но это у животных. А как у человека? Впрочем, какая разница. Каждую секунду Васса ждала, что тетя расколдуется и засмеется. Скажет, что ей щекотно. И как классно она разыграла свою девочку… Но ничего этого не происходило.
