Шульц медленно открыл дверь, с опаской выглядывая в коридор. Брови Евгения поползли вверх, когда он увидел немецкого коллегу обнаженным. Радовало только то, что своё мужское достоинство Томас прикрывал подушкой.
— Я надеюсь, — начал Громов, всё ещё несколько ошарашенно смотря на собеседника, — что это всё не для меня.
— Тебе стоило бы позвонить, прежде чем прийти, — с напускным возмущением ответил Томас. — Вдруг я был бы на тренировке!
Громов ещё несколько минут прождал немецкого коллегу в коридоре, а затем тактично отвел взгляд в сторону, когда из его номера быстро выбежала девушка-волонтер, торопливо застегивая куртку. Вскоре в коридоре появился и сам Томас, в форме цветов немецкого флага.
— Вот только не надо этого осуждающего взгляда! — сразу же попросил он. — Я согласился с тобой пойти? Согласился! Режим сна нарушаю, между прочим.
— Вам было настолько скучно, что вы заснули? — ухмыльнулся Громов, вызывая лифт. — Тогда понятно, почему Эльза от тебя ушла.
При упоминании партнерши, с которой у Томаса были романтические отношения, немец заметно напрягся, и Евгений понял, что нужно сменить тему.
— Тебя тренер по головке не погладит за такое, — строго произнес он.
— Зато эта девочка погладила, — самодовольно ответил немец, замечая, как скривился от этой фразы Евгений, — трижды!
— И не жалко её? — поинтересовался Громов.
— Она была не против и слишком похожа на Эльзу, — невинно развел руками Томас. — Я не сдержался.
Евгений задумчиво нахмурил брови, отмечая про себя то, что его знакомый всё ещё переживал о том, что год назад разорвал романтические отношения со своей партнершей и несколько месяцев спустя она вышла замуж. Громов помнил, что его коллеги решили расстаться именно потому, что это мешало им работать вместе.
***
12 февраля, дом сборной России, 7:30.
Татьяна, стоя перед зеркалом в ванной своего номера, красила тушью ресницы, собираясь сразу после завтрака отправиться на пресс-конференцию. От нанесения макияжа её отвлек стук в дверь.
Открыв её, она обнаружила на полу квадратную коробку. Даже не притрагиваясь к ней, Татьяна была уверена, что она от Громова. Фигуристка подняла её и забрала в комнату, поставив на небольшой столик, и открыла крышку. Внутри, на красивых фирменных кроссовках фиолетового цвета, лежала небольшая записка, написанная Евгением, который, судя по почерку, мог бы стать отличным врачом.
«Моё условие заключается в том, что ты немедленно выкинешь свои старые кроссовки, которые мозолили мне глаза с нашей первой совместной тренировки в Кёльне. У них уже лет пять назад просела вся амортизация. Ни мне, ни твоим суставам это не нравится.»
***
Пресс-конференция сборной России по фигурному катанию, 9:00.
— Евгений и Татьяна, — обратилась к ним иностранная журналистка, поднимаясь со стула, — на командные соревнования вы заявились в последний момент. Что подтолкнуло вас на участие?
Громов, сидящий между Ксенией и Татьяной, поправил в ухе наушник, по которому он слушал синхронный перевод. Дослушав вопрос, он переглянулся с партнершей, которая счастливо улыбнулась. Таня была очень рада тому, что они всё-таки участвуют в командном зачете.
— Мы поняли, что не можем оставаться в стороне, когда наша команда в нас нуждается, — ответил Евгений.
— Вы являетесь безоговорочными лидерами в личном зачете, потому что пары равной вам на данный момент нет, — сделала комплимент фигуристам всё та же журналистка, — но в командном турнире всё зависит не только от вас. Сборную какой страны вы считаете своими главными конкурентами?
— Я думаю, — начал Громов, — очевидно, что главные наши конкуренты — это сборная Канады. Их школа традиционно сильна и уже много десятилетий соперничает с российской, китайской и американской. К тому же, канадское лобби в судействе традиционно многочисленно…
Ксения, понимая, к чему начал клонить Евгений, пнула его под столом по ноге, призывая не развивать эту мысль. Канадским фигуристам действительно периодически ставили совсем необъяснимые надбавки или закрывали глаза на ошибки и не ставили минусы за грязно выполненные элементы.
— А если учитывать ещё и то, что олимпиада проходит у них дома, — продолжал Громов.
Ксения настойчивее пнула его по ноге, натянуто улыбаясь журналистам. Своё мнение это хорошо, а вот международные скандалы — не очень.
— Всё это значит, что канадцы мотивированы как никогда сильно, — заканчивал свою мысль Евгений, — и нам всем придется выложиться по полной.
***
Тренировка в зале, 11:00.
Алиса, сидя на кушетке, внимательно следила за каждым движением фигуристов, пытаясь углядеть в их взаимодействии ту «химию», о которой твердили все вокруг, даже их соперники. Однако она так сильно не хотела в это верить, что никаких намеков увидеть не могла и всё списывала на чисто партнерское взаимодействие.
— Таня! — недовольно обратилась она к фигуристке, после того как та не очень удачно приземлилась из прыжка. — Я понимаю, что ты хочешь всем показать свои ягодицы, но таз нужно втягивать, а не оттопыривать назад. Это причина, по которой тебя выкидывает из круга!
