Между нами война полностью

– Я только пришел с нее! Устал, как собака, чего ты нервничаешь?! – он разозлился. – А!.. Неужели… – Алессандро показал пальцем на Эрис, переведя на Тарроса. – Stello, stello… *проходимец, проходимец… (лат.)*

– Я сейчас сломаю тебе палец! – крикнул командир.

– Как ты мне надоел, capra puzzolente, *вонючий козел(итал.)* ну просто сил моих нет. – он собирался уходить. – А ты готовь речь. – указав на Эрис, он сделал пару импульсивных шагов прочь. – А! Подожди, забыл. – Алессандро вытащил из ручной сумки для бумаг два свитка пергамента. – Это – устав. Там сказано о неуставных взаимоотношениях и наказаниях за них. – он отдал свиток Эрис. Таррос оскалился. – А это – Кодекс законов Венеции. На греческом. Привез специально для тебя из Администрации систиеры. – сыскной протянул его Эрис. – Возьми и читай, как накажут нашего общего друга за любовь к юной красивой критянке! – миллитари улыбнулся, сверкнув глазами и ушёл под ругательства Тарроса.

– Сuriose pecore, vattene di qui velocemente!!! *дошлая овца, убирайся быстро отсюда!!! (итал.)* Эрис, дай сюда! – Таррос выхватил Кодекс из ее рук.

– Не делайте так, дайте сюда, я хочу почитать! – её взгляд был преисполнен возмущения.

– Не надо тебе этого читать! – спорил Таррос, поднимая свиток над головой.

– Отдайте! – она попыталась выхватить пергамент, но безуспешно.

– Нет, я сказал! – он нагрубил.

– Как Вы ведете себя?!! – она нахмурилась и в глазах Эрис появилось обидчивое разочарование.

– Не надо это читать! Не забивай себе мозги! Трусливый хороший мальчик Алессандро блефует, только и всего!.. Эрис! – он дозывался ее, а Эрис уже уходила к юниорам. – Эрис, вернись! Я приказываю!

– Эрис, сестра, Таррос злится… – предупредил Никон.

– Пускай. Ему полезно будет! – нагло сказала Эрис, продолжив занятия.

Таррос ушёл со свертком Кодекса, злясь на весь мир.

– Что ты сказал Эрис?! Я предупреждаю – отстань от неё, в последний раз говорю! – метал Таррос на сидящего Алессандро.

– Милый мой друг… Понимаешь, ты ослеп – у тебя болезнь сердечная, не поддающаяся лечению. Твоя привязанность уничтожит вас обоих. – деловито произнес названный брат.

– Не твоего ума дела, ясно? – Прорычал Таррос.

– Как раз-таки, моего. Знаешь, ты везде нажил врагов. И Лючия со своим папенькой, и Августос и другое огромное число чиновников – они все против тебя. И против миленькой критянки.

– Следи за языком! – заорал Таррос, сжимая кулак.

– Кричи не на меня, а на себя. Глупец, завтра суд в Администрации, Эрис и ее малышня – свидетели. И я очень сомневаюсь, что справедливость восторжествует. Я сделал всё, что мог. Но золото решает всё, брат…

– Что ты хочешь сказать? – Таррос поменялся в лице.

– Их отпустят, однозначно, отпустят. Они купили здесь всё, начиная с фундамента. Я имею в виду, людей. Уже очень-очень давно.

– Негодяи! – Таррос ударил кулаком по столу, отчего по кабинету разошелся грохот.

– А как твои дела с девчонкой? Неужели она – твоя? – ухмыльнулся Алессандро. – Вот ты проходимец!

– Не говори об Эрис недостойно, если дорожишь нашей дружбой. Ясно?

– Более чем… – кивнул Алессандро. Он за много лет впервые видел такое расположение Тарроса к девушке. Это удивляло его. – А все-таки, может, посвятишь меня в некоторые подробности ваших отношений? Я же твой лучший друг!

Таррос смущенно улыбнулся, не смотря на Алессандро. Он стал похож на милого маленького ребенка.

– О, Святая Мария! – он приподнялся с места. – Я и рад, но я и боюсь за вас, брат. – его лицо стало серьезным.

– Amor timere neminem verus protes. *Истинная любовь преодолевает все преграды. (лат.)* – ответил Таррос.

– Я знаю, но всё же… Будь мудрее, друг, умоляю…

– Amare et sapere vix Deo conceditur. *Любить и быть мудрым не может даже Бог. (лат.)* – ответил командир.

– О Боже! – Алессандро затряс руками, смотря в небо. – За что мне это? Как мне теперь спасти этого за. ранца? Помоги!

– Заткнись уже. Не порть настроение. – довольно сказал улыбающийся Таррос, кинув на стол свиток Кодекса.

– Ах ты гад! Я же с таким сердцем вез его сюда! – воскликнул возмущенный Алессандро.

– Зачем? Чтобы все испортить? – спросил Таррос.

– Я хочу оградить тебя от позора! – воскликнул сыскной.

– Алессандро. Прошу, друг. – Таррос заговорил спокойно. – Эрис – девушка, дарованная мне небесами. – он мечтательно улыбнулся.

– Господи… Дурость твоя дарована тебе небесами! – прокричал Алессандро.

– Помнишь тот день? – спросил командир.

– Какой?! Их было много… – лирично проговорил Алессандро.

– Не дурачься! Тот день, когда мы впервые приплыли в Кандию. – сказал обозленно Таррос.

– Тот день, когда ты чуть не выпустил кишки ребенку? Тупица, ты и тогда не отличался особым умом. – заметил Алессандро. – И если бы не я…

– Язви-язви. У меня слишком хорошо на душе, чтоб ты сбил меня с толку. Та милая девочка – это была Эрис. – тихо поведал Таррос.

– Мама Мия!!! А ты, случайно, с ума не сошел? – воскликнул Алессандро.