– Ты никто! Щенок! Если еще раз я замечу, что ты посмотрел хотя бы на следы на земле от ног моей Эрис, отрублю твою ничтожную голову на глазах у всех. Если я сказал, знай – я сделаю это!
Встав, Таррос с отвращением пнул Персиуса в лицо. Тот упал ничком на землю, закрыв лицо руками. Он гневно вышел. Земля содрогалась под его ногами.
В это время Ахиллес, словно падальщик, вынюхивал ситуацию. Он вытягивал свою короткую толстую шею, вглядываясь в строения. Вот он видит выбегающую Эрис. Она расстроена и направляется не к ним. Через некоторое время вышел командир. Он рвет и мечет! Он тоже уходит. Идеально!
Пока юнцы, пользуясь отсутствием наставников, сходили с ума, Ахиллес, как крыса, юркнул на выход. Точнее, в подсобку, где сейчас Персиус. По дороге он незаметно вытащил спрятанный под плитой у фундамента завернутый клинок, украденный у Тарроса. Он, незаметно засунув его за пазуху, продолжал действовать.
Ахиллес уже решился.
Половина дела сделана, остался всего шаг…
– Персиус, друг, что с тобой!.. – он ожидал увидеть менее драматичную картину. На полу, в луже крови, с перекошенным лицом ничтожно валялся всегда бравый Персиус. Он судорожно бился в конвульсиях от боли, скуля от потери глаза, как обессилевшая собака.
– Вот видишь, я же сказал тебе – это правда.
В ответ прозвучало лишь невнятное мычание. Только сейчас Ахиллес заметил, что глаз Персиуса вытек, а на его месте располагается нечто бесформенное и ужасное.
– Я избавлю тебя от мук! – Ахиллес вытащил клинок. Персиус хотел было защититься, но теперь он – жертва. Такова жизнь.
Звук кинжала, пронзающего живую плоть многократно донесся до слуха Ахиллеса… Все кончено… Он взял клинок и завернул так же, как тот был обмотан первоначально. Он хотел, чтобы орудие убийства увидела Эрис. Но если бы он оставил нож здесь, солдаты от страха перед командиром уничтожили бы его. Подлец вытер руки… И, как ни в чем не бывало, выскочил. Удостоверясь, что никто не видит, Ахиллес осторожно положил средство преступления под плиту. Затем, как змей, ускользнул обратно на поле…
Все занимались своими делами, только Георгиус за всем наблюдал издалека. Он знал что случилось что-то страшное, но не мог противостоять и остался в стороне.
Эрис убежала к себе. В маленькую темную комнату без окон. Только крошечное отверстие под потолком освещало ее. Она закрыла дверь и упала на скамью, рыдая.
Весь мир рухнул…
Дверь открылась, тяжело скрипя.
Эрис подняла заплаканное лицо. Это был Таррос. Он зашел, закрыв дверь на крючок. Таррос сел рядом, и от него исходил губительный, преисполненный большой сокрушительной силы, осязаемый гнев.
– Что он сделал тебе? – страшным тоном прорычал Таррос, уничтоженный ревностью.
– Я… Я ни в чем не виновата… Ничего не сделал. – оправдывалась она. Ее лицо побелело от страха быть опозоренной, от страха быть непонятой любимым человеком. Глаза Эрис были, как у дикой пойманой жертвы в сетях охотника.
– Тогда мои глаза меня обманули, ты это хочешь сказать? – в его голосе звучали ноты досады. Он смотрел на нее с обидой, крепко взяв за запястья, где даже в полумраке все еще были видны красные следы от рук Персиуса. Глаза засверкали еще больнее, на его запотевшем и запыленном лице появился звериный оскал. Его ровные белые зубы страшно заблестели.
– Я же сказала, ничего!.. Я всего лишь передала Ваш приказ. Этот гад сказал, что видел Вас и Сириуса возле моего дома.
В голове у тактика Тарроса все начало выстраиваться в ровную мозаику. Коренастый парень в капюшоне, что командир видел тем утром, был Ахиллесом. Он шёл с коровами и счастливый Таррос поначалу принял его за пастуха. Но потом узнал его, просто не обратив внимания. Персиус сам бы не догадался. Он был спесив, но не так уж лукав. Таррос примечал характер каждого.
– Он схватил мои руки. Я была обездвижена. Если бы не Вы… Не ты…
Эрис с благодарностью смотрела на своего спасителя.
– Почему ты не постояла за себя?!! Отвечай!!! – он гневно закричал на Эрис, компенсируя собственную глупость.
– Я слишком разозлилась, прости… – Эрис смотрела виновато, заклиная своим взглядом.
Его грозный взор начал оттаивать. Как же это все-таки удивительно – ненавязчивая, кроткая, но безграничная власть слабой женщины над сильным мужчиной…
– Эрис. Сейчас не время на твои нежности. – он захотел отомстить ей, делая больно и себе. Таррос отбросил её руки. Он закрылся от ее взгляда ладонью, нервно растирая вспотевший лоб.
Она заметила кровь на его кулаке.
– Что это? – испуганно спросила Эрис.
– Кровь. – равнодушно ответил Таррос.
– Что ты сделал с ним?!
– Я ослепил этого щенка, чтоб в следующий раз не смотрел на тебя.
– Как ослепил?..
– Ты что, волнуешься за него? – какая-то гримаса сумасшедшего еще больше напугала Эрис.
– Если Вы не сомневаетесь во мне, – она опять перешла на Вы. – тогда не говорите так… Не обижайте меня… – Эрис снова заплакала, закрывшись от Тарроса руками. Ее жалобные вздохи вызывали его сочувствие.
