Когда силы его кончились он замер так – не смотря ни на кого. Его лицо было скрыто. Он не шевелился и не вставал. Люди продолжали подходить и удаляться по очереди. Он не видел, как Мария плакала рядом с его супругой. Не видел, как Беркут трогал окоченевшую руку Эрис. Не видел, как отяжелевшая Агейп смотрела на вчерашнего грозного командира, у которого, оказывается, тоже есть сердце. Избранница Леона понимающе глядела на Тарроса-Аббаса – когда-то он похоронил ее любимого мужчину, пойдя против воли главаря. Он не видел, как Айтогду и Батур подсели рядом, как Айгюль спрятала плачущее лицо на груди Арслан-альпа. Не видел, как Амина ана тяжело дышала. Он не видел, как Кокжаловцы, сняв воинские шапки, угрюмо стояли за его спиной. Время остановилось для Тарроса-Аббаса и он больше не замечал, что жизнь других продолжается.
С этого момента жизнь стала проходить мимо него.
Он замер в таком положении. Его ноги затекли. Некоторые начали думать, что он уснул или тоже умер. Айтогду смотрел на его поникшие плечи и сгорбленную спину – он дышал.
– Брат Аббас… – Тюркют потянул его. – Могила готова, брат. При слове могила Таррос вздрогнул. Вот и настал этот леденящий душу момент.
– Да. – глухо отозвался он. Таррос тихо зашептал:
– Милая моя Эрис. Я скоро приду к тебе. Я чувствую, ты рядом со мной. Я ощущаю – ты обнимаешь меня за плечи. Моя чистая Дина. Ты знаешь, моя ревнивица – я любил, люблю и буду любить только тебя. Я иду за кровью убийц. И скоро мы соединимся с тобой навечно. Не бойся гнева Господа, ты пала мученицей и расчет твой будет легок. Я доволен тобой, как муж. Я люблю тебя, единственная моя. – он поцеловал ее лоб, откинув знамя. Таррос в последний раз посмотрел на ее лицо. Оно светилось.
Таррос глазами подозвал братьев. Тюркют, Арслан и Аят помогли поднять Эрис. Они занесли ее в господский шатер и вышли. Мама Амина, Фатима и Мария вошли, чтобы завернуть её в саван.
Шахидов не обмывают. Не обмыли и её.
Плачущие женщины позвали Тарроса. Кровотечение Эрис не остановилось. Это еще один признак мучеников.
Бойцы Кокжал заменили Тюркюта и Аята. Малик заменил Арслана. Таррос не уступал своего места никому.
Они взялись за четыре шеста тобута – погребальных носилок. Они понесли Эрис, и люди видели их лица.
Впереди шествия не было никого. Позади – огромное племя Баяты и все те, кого они приютили. Люди шли молча. Мужчины, женщины, дети. Кузнец Булат поменялся с Атабеком, ювелир Даврон поменялся с Тураном – все хотели нести человека, все хотели прикоснуться к тобуту и напомнить себе, что смерть – истина, от которой не скрыться и не убежать. Ни богач, ни бедняк, ни ученый, ни невежда, ни пророк, ни порочный человек, ни мужчина, ни женщина, и даже дети: никто не застрахован от внезапного прихода самого нежеланного гостя – Ангела Смерти.
Они остановились на равнине. Эрис положили. Началась заупокойная молитва, собравшая огромное количество людей. Когда все было закончено, шествие возобновилось.
Таррос подходил к кладбищу. Он увидел насыпь рыхлой земли. Его лицо снова немо задрожало. Он мужчина. И мужчины тоже плачут.
Эрис взяли. Она была завернута в саван и толстое покрывало. Таррос сам опустил ее в углубление в стене могилы – ляхад. Малик помог ему. Потом они закрыли его досками и она скрылась из виду. Горсть за горстью – вскоре и это закончилось. Закончилось очередное испытание, а боль в душе Тарроса останется навсегда.
Люди ушли. Что было в стойбище, Таррос не имеет понятия. Он сидел у ее могилы до последнего. Он читал её Коран – теперь Таррос носит его с собой. Аббас читал с запинками и медленно – но у таких людей награды больше. Его надежда – это Вера. И только она заставляет подниматься отчаившихся.
За Тарросом пришел Малик бей. Он позвал его – войны уходили в поход.
Путь Эрис-Дины закончен. Путь ее любимого командира Тарроса-Аббаса по этой жизни пока продожался.
Таррос прятался от жалостливых взоров. Он не хотел слушать то, что расковыряет его больное сердце. Он молча забрал Йылдырыма. В его внутреннем кармане лежал кулон, снятый с шеи любимой. И Таррос решил смотреть на него почаще, при каждом намазе – дабы память не запылилась, боль не утихла, любовь не угасла. Таков был его постоянный характер, который когда-то разглядела юная критянка. И с той поры никто и ничто не смогли отвернуть ее преданное сердце от этого сильного человека.
