Мурс подбросил Дениса до дома, высадив во дворе, и тот без труда взобрался по дереву к окну своей комнаты.
— Лазаешь ты не хуже меня, — сказал ему снизу анбаст — Ну, до встречи! Спасибо за сувенир!
— А тебе, за экскурсию, — поблагодарил его на прощание мальчик.
Юркнув в окно, он разулся, снял одежду и, не зажигая свет, босиком подкрался к своей кровати. На часах был уже пятый час, но светать ещё даже не начинало. Денис натянул на себя одеяло и почти сразу уснул, впечатлённый всем тем, что видел на Земном шаре. Ему снилась речка с кисельными берегами, звери и птицы в цветущих зарослях, и удивительное дерево на вершине горы, покрытой лозой его свисающих длинных веток. А потом, в его дивном сне, над ним вдруг возник с неба страж Ридван и грозным голосом произнёс: «Ты что, пылесосил ночью? И ковёр выбил, что ли?»
Денис вздрогнул и тут же проснулся, увидав изумлённые лица опекунов. Те стояли у изголовья его кровати, глядя на него сверху. В комнате было светло, яркие лучи восходящего солнца струились сквозь тюль, но в них не сверкала ни одна пылинка, которые обычно всегда роились в воздухе на рассвете. Мальчик понял, чем так удивлены его тётя и дядя. Он и сам удивился не меньше их, когда привстал и осмотрел пол. На ковре посреди его комнаты рисунок сделался вдруг таким ярким, как будто его подкрасили! В углах не было ни соринки, под столом — ни клочков, ни обрезков бумаги, ни стружек от карандаша, ни пятен от клея, ни крошек… Только его школьная сумка почему-то валялась раскрытая на полу, хотя он точно помнил, что застегнул её и оставил на стуле. Отодвинув в сторону одеяло, Денис свесился с кровати и заглянул под неё. Там по-прежнему было полно всевозможного хлама, от старых игрушек, до книг и пропавших носков. И, среди всего этого хаоса, притаился гантелевидный робот-уборщик, подаренный ему вчера на «Амоне». Увидав его, мальчик понял кто проявил инициативу, а тот, будто отозвавшись на его мысли, мигнул ему одним из своих окуляров.
— Не пылесосил, а подметал, пол протёр, — объяснился Денис — А ковёр я мокрой щёткой почистил.
Его тётя, решив, что он ищет тапки, подвинула ему их носком ноги от порога.
— Лунатизм? — предположил её муж, вопросительно глядя на племянника.
— Нет, я просто подумал, что если за ночь тут приберусь, может, вы мне телек разрешите посмотреть в выходные? — выкрутился тот, и наигранно растянулся перед ними в улыбке.
— Размечтался! — в один голос отказали ему в этом опекуны.
— Эх, — вздохнул мальчик — Ладно, ну, хоть позвонить-то, дадите?
Он мастерски умел ими манипулировать, и давно знал, что просить надо начинать с того, что точно не разрешат, а не с того, что тебе нужно на самом деле.
Лида была в это время уже в огороде, мама подняла её ещё до восхода солнца. Сгребая в кучки неперегнившую за зиму траву на участке, девочка увидала, как соседка машет ей, высунувшись из окна. В руке у той была телефонная трубка, и Лида поняла, что им кто-то звонит. Но кому могло прийти в голову звонить в восемь утра, в субботу, да ещё через соседей?
— Что, маму позвать? — с опаской спросила она, подозревая неладное.
— Да нет, это тебя, — ответила соседка — Мальчишка какой-то. Иди живее, у меня тут молоко на плите!
Перемахнув на соседский участок через символическое заграждение из покрашенных известью автомобильных покрышек, Лида подбежала к окну и ухватила телефонную трубку.
— Бубен, ты спятил, звонить нашим соседям в такую рань? — напустилась она на одноклассника — И откуда вообще у тебя их номер?!
— Он в твоём дневнике указан, — рассмеялся Денис — Как и твой адрес.
— А дневник-то мой к тебе как попал? — недоумевала Лида.
— Я с ним со среды хожу, как и ты с моим, — рассмеялся мальчик — Они так похожи, что Анька тогда их спутала, когда нам отдавала. И мне уже вторая «двойка» от Гидры из-за тебя прилетает! Но ты не парься, я их сотру. Главное, теперь есть предлог для предков, чтоб нам с тобой пересечься. Я тебе такое расскажу, рухнешь просто! Если мне, конечно, удастся уломать предков…
Тем временем, Ильтен со своими помощниками, развезли синих птиц по всему острову Сент-Мари, выпустив их там в разных местах попарно.
— Это последняя парочка, — сказал он Крикосу, открывая клетку — Мы здесь уже три часа, а ты до сих пор не рассказал, как моим собратьям выбраться из нашей, для всех общей клетки? Может, теперь покажешь мне этот лаз, проводишь туда?
— Твой корабль для этого не подойдёт, — ответил тот — Покинуть систему сфер можно лишь пролетев вместе с проходящим сквозь неё осевым потоком внешних энергий. Там, под Южным Крестом, где он проникает сквозь ледники Антарктиды в подземный мир, и сквозь сферу Кетаны под нею, ещё и ещё глубже, есть тёмный-претёмный мир, с глубоким морем Лакрим.
— Морем слёз? — переспросил Протор, переведя название с гелионского на ракунский дословно.
— О, нет, не слёз, — разубедил его Ильтен, который понял, о каком море тот говорит — Не слёз, а очень активных соединений различных аминокислот с энзимами, то есть, лакриматора.
