— Матерь света! — ужаснулся учёный, представив — Какой же там стоит запах?
— Такой, что к нему невозможно приблизиться, не защитив органы дыхания и глаза, — согласился с ним Ильтен — Это самое южное море Ракуны. Удивительной особенностью его является зеркальное дно. Оно из древнего полуорганического стекла, но снаружи, как будто покрыто золотом.
— Так и есть, — заверил его в этом Крикос — Именно под ним находится золотая скорлупа всей вашей системы сфер!
Ильтен присел на траву и схватился за голову.
— Это что же, получается? — произнёс он — Мы столько веков искали выход, а он всё это время был прямо у нас под ногами?!
— Ваши корабли всё равно не способны проникнуть сквозь этот наружный слой, — сказал ему, будто утешая, Крикос — Там давно нет никаких пор. Теперь всё покрыто золотом, из-за него плод вселенского древа не дышит, и не получает внешних энергий для своего развития. Поэтому и погасла ваша центральная звезда Яр. И угасала она, по мере того, как поверхность плода покрывалась этим золотым слоем. Сегодня остался лишь этот лучик, центральный, идущий от черенка к острому концу вашего орешка.
— Черенок, — догадался ракунец — Это что, под смоляным вулканом у нас на севере?
— Да, возможно, ты видел там возгорания в его бесчисленных кратерах, которые происходят, будто сами собой, не из-за чего, — объяснил ему Крикос — Это случается всякий раз, когда мы, в своих электрических оболочках, попадаем в вашу систему с ветки. По течению ведь намного проще передвигаться. Так и наружу выходить лучше по течению, а не против него. Но всё равно, не на твоём корабле. Он же не выдержит этих энергий, не может пройти сквозь скорлупу по четвёртому измерению, и настолько мощное электрическое поле создать вокруг себя не способен!
— Может, земные диски, на подобие «Тандема», способны их выдержать? — предположил Протор.
— Я не знаю, о каких земных аппаратах ты говоришь, — произнёс алисид — Но чувствую, что как раз в земном мире и есть корабль, который может пройти вдоль осевого луча. Я покажу, где он.
Ильтен тут же воспрял, и позвал их на борт, занося туда же последнюю птичью клетку.
Полковник Лучер знал о способе проникновения алисидов под скорлупу, от пленных, которых он допрашивал в сфере Торады. Но сейчас эти знания ничем не могли помочь, потому что точно таким же образом, алисиды проникали и в другие позолоченные плоды вселенского древа. Его дух парил над сетью нитевидных веток, усыпанных такими орешками, над которыми роились паразиты в своих шаровидных электрических оболочках. Отдельные алисиды покрывались ими лишь перед тем, как проскользнуть под черенок плода, и никакие корабли для этого им не требовались.
— Похоже, они переходят в четвёртое измерение, чтобы проникать внутрь, — догадался Лучер — Вот откуда у солнечного флота появилась эта новая технология, опробованная на «Месектете»!
— Ты нашёл свой дом? — поинтересовалась у него Марух.
— Пока нет.
— Не спеши, нам с тобой торопиться некуда.
А вот Денис очень торопился обо всём рассказать Лиде, и Ане тоже, а ещё Инне и, конечно же, своей банде. Ну, как было не похвастаться тем, что побывал в эдемском саду, с говорящим котом, и встретил там старых приятелей? Но ответ его опекунов был железным, хотя и вполне понятным.
— Не беда, поменяетесь в понедельник, — сказал ему дядя — Домашнее задание у вас там всё равно одинаковое, да и оценки, как я гляжу, тоже.
— Не удивительно, что её родители не заметили разницы, — смеясь, согласилась с ним супруга, листая дневник Лиды — Эта Гулина даже пишет так же размашисто, как и ты! Но как мы не увидели, что тут родительская подпись другая?
— А часто вы у меня дневник проверяете? — усмехнулся на это мальчик — Её мама и ваших подписей не увидела, потому что их нет! Ну, может, я всё-таки съезжу к ней быстренько?
— Быстренько? — изумилась тётя, взглянув на адрес ученицы — Это же в пригороде! Кого ты провести хотел, безобразник?
Одним словом, затея с предлогом не удалась, и Денису поручили самую отвратительную работу для мальчика — стирку. Причём, далеко не штанов и футболок, а занавесок из тюля, потому как его тётя решила, что уже пора помыть к лету окна.
— Раз уж, ты эти дни дома, — сказала она — Ты этим и займёшься. А заодно, шторы выстираешь, и сразу же их развесишь.
В общем, день у него намечался не самый красочный. Его друзья, будто почувствовав это, пришли к нему во двор, где он увидел их, когда домывал окно в своей комнате.
— Эй, Бубен! — крикнул ему снизу Тёмка — Ты выйдешь?
— Да я бы рад, — отозвался тот — Но меня наказали на все выходные, так что, ни за что не отпустят.
— Давай мы тебя отпросим? — предложил Максим.
— Не сможете, — вздохнул Денис — Я уж, сам как-нибудь. Моим ведь, не привыкать!
Решившись на побег из-под домашнего ареста, он сунул в карман свой проездной, взял в зубы дневник Лиды и вылез в окно. Спустился по дереву, спрыгнув с его самой нижней ветки, и уже на траве потерял равновесие, чем очень развеселил ребят. Те были горды за него, и рады.
