Лида увидела в полусфере, как на ещё светлеющий в лучах зари небосвод, наползает огромная круглая тень, выбирающаяся из-за ровного горизонта. Искрившаяся только что рябь на бескрайних просторах кетанских вод исчезала по мере того, как снизу поднималась эта чёрная ширма. Птицы, мирно сидевшие до этого на островках ила, взметнулись разом, уносясь прочь, будто пытаясь скрыться от этой зловещей тени. А водный простор под ней становился чёрным, точно смола, и отражавшиеся в нём до этого золотистые облака, сразу сделались серыми, как дождевые тучи. Совсем скоро, в небе стали не видны, ни Венера, ни земной шар, ни краски зари. Одна только Луна в вышине ещё улыбалась ребятам золотым полумесяцем, будто смеясь над могуществом тьмы, подступавшей к ней.
— Увеличьте скорость, приближаемся к термосфере Кетаны, — предупредила Аня — Учтите, там…
— Очень и очень толстый горячий слой, — нараспев продолжил за ней Пароний — А меркурианцы не покрывают свои летающие кирпичи даже вольфрамом, для защиты от жара сводов.
— У нас и нет вольфрама, — ответила ему девочка — Недра нашего мира вообще не засорены всякими там твёрдыми рудами, и кристаллическими углеродами всевозможных расцветок!
— Вот вы и летаете на этих гранитных плитах, как в Каменном Веке! — усмехнулся Пароний.
— Нашли время, — осекла их обоих Лида.
— Мы уже близко, сейчас пролетим прямо над этим телом, — обнадёжила её Аня — Смените угол обзора! На Ракуну смотреть нельзя.
— Это почему? — не понял Денис, тотчас уставившись вниз повнимательней.
— Вот ведь, бестолковая обезьяна! — оттолкнул его от полусферы Пароний.
— Слышь, безгрудая Бритни Спирс, — рассердился тот — Руками будешь махать со сцены, ты понял?
С этими словами он вцепился гелионцу в загривок, но тот, ухватив мальчика за запястье, просто перекинул его через себя, уронив прямо на полусферу. Денис сполз с неё вниз, и угол обзора сразу переменился на противоположный.
— Прекратите, — разняла мальчиков Лида, улучив этот момент — Я, кажется, поняла, почему нельзя смотреть в сторону этого небесного тела. Даже птицы поспешили разлететься порознь, едва заметив её тень, и банады прогнали нас от себя, чтобы не возникало конфликтов. Возможно, поэтому их предки в своё время и не вышли на сушу, а стали развиваться глубоко под водой, где сквозь толщи не видно планет и лун в небе!
Денис поднялся с пола и грозно поглядел на Парония.
— Я тебе это припомню, — сквозь зубы процедил он.
— Ты сам виноват, — произнёс тот с таким видом, будто нападки со стороны мальчика были для него не более, чем агрессия со стороны мартышки.
«Эннэвия», тем временем, была уже над полюсом теневой планеты Ракуны, которая, хоть и не имела солидной массы, почти полностью поглощала свет за счёт своего чёрного матового окраса. Сложно было сказать, чему он принадлежал: морям ли Ракуны, пустынной поверхности, или слоям её атмосферы. Никто не рассматривал эту планету в телескоп, и не запускал к ней исследовательских зондов. Кетанцы вообще старались на неё не смотреть. Возможно, Ракуна тоже являлась лазом под чей-нибудь небосвод, только вряд ли кто-нибудь захотел бы наведаться в сферу, которую она собой затворяла. Ведь есть же такие двери, которые лучше не открывать…
— Учитесь, как надо, пещерные братья! — сказал Пароний, и ворвался в небо, которое тотчас же обхватило корабль со всех сторон, точно смола.
Вся полусфера на мостике наполнилась сливочным светом, таким густым, что казалось, корабль увяз в нём и замедлил ход. Сложно было сказать, долго ли это длилось. Ощущение времени у ребят отчего-то пропало, пока этот свет не исчез, вновь открыв обзор, и его не сменила кромешная тьма.
— Уменьшитесь! — подсказала по связи Аня — Синий крест на стене, затем два кольца.
— Есть, капитан, — усмехнулся в ответ Пароний, коснувшись указанных значков на стенке.
Ребята увидели, что летят по тёмному коридору над какими-то рельсами.
— Что это может быть? — недоумевал Денис.
— С трёх раз угадаешь? — спросил Пароний, направив корабль вверх по какому-то узкому жерлу.
Преодолев его, он поднялся над угольным разрезом, где виднелись широкие следы техники, навечно впечатанные в глинистый грунт. Вслед за ними, из шахты вылетел яркий, как пламя, корабль Парония, озарив светом кусты и деревья вокруг. Лида поняла, где они оказались.
— Это то самое место, — догадалась она — Наш старый разрез… Так вот, как Уго сюда попал!
— Видно, у него всё же был корабль, — предположила Аня — Или кто-то привёз его, а потом улетел.
Наверное, сейчас был вечер, и Лида беспокоилась, что мама её давно потеряла, сидит и переживает. Денис тоже переживал.
— Мы ведь вернулись в те же сутки, что улетели, да? — спросил он товарищей.
— Да не волнуйтесь вы! — усмехнулся Пароний — Ну, сколько мог занять такой небольшой полёт?
Развернув око «Эннэвии» к небу, Лида увидела там Венеру, которая всегда по весне провожала за горизонт солнце и её автобус на пути из города после занятий.
— Значит, ещё не сильно поздно, — облегчённо вздохнула она.
У неё сразу же отлегло от сердца.
