— «Месектет», пожалуй, починить уже не удастся, у него дозаправщик взорвался, — сообщил Пароний собратьям — Так что, обратный путь ему точно не предстоит. На корабле ведь есть на такой случай спасательные шаттлы?
— Есть грузовой, для подъёма грузов на борт, — припомнил Галор — На нём же, в сферу спускают и пассажиров. А для экипажа есть маневренные двухместные корабли, оснащённые и оружием, и всем необходимым, для безопасной посадки и взлёта…
— Похоже, они их уже использовали, — вздохнул Пароний — Ну, а пилот?
— Это полностью роботизированный корабль, сам себя заправляет, сам собой управляет, загружает и разгружает прямо с высоты свода, — пояснил ему собеседник — А экипаж занимается только охраной груза и нас. Периодически выходя на связь с центром управления, для отчёта.
— Значит, там уже знают о том, что случилось! — догадалась Аня — Вот что… Давайте-ка, я спущусь. Осыплюсь вниз, и попытаюсь поговорить с салацианами. Может, они дадут вам убежище.
— Но под нами вода! — предостерег девочку Пароний.
Та поглядела с изумлением на него.
— Ого, — рассмеялась она — С каких это пор, гелионцы у нас беспокоятся о меркурианцах?
Мальчик смутился, при виде этой ехидной улыбки в её глазах.
— Чтобы ты знал, — продолжила Аня — Мы кружим по ветру так же, как вы ворочаетесь в постели. И мне ничего не стоит, с воздушными потоками до берега долететь. Я большая девочка!
— Попробуй, — вздохнул Пароний — А я, пока разыщу родителей, и остальных пассажиров.
Сказав это, он спустился с крыла «Тандема», и поспешил к дверям в смежный отсек, а Аня, приняв песочную форму, просочилась в щель лифта, чтобы высыпаться из корабля.
— Как ты откроешь дверь? — спросила Парония гелионка, стоявшая у самой двери — Мы заперты, все отсеки на корабле открываются и запираются экипажем с помощью специальных браслетов.
— Таких? — улыбнулся тот, показав ей браслет на своём запястье.
— Разведка, — поняла девушка, подняв забрало и присмотревшись — Так ты к любой двери на флоте имеешь доступ.
— Да, а вот доступа к моему браслету, нет ни у кого, — добавил к этому мальчик.
— Конечно, он настроен лишь на твои биотоки, — улыбнулась та — Это же мы их такими создали.
— Тогда понятно, почему император счёл, что вы опасные люди! — рассмеялся Пароний, поднеся руку к двери, которая сразу же поднялась перед ним.
Он довольно скоро добрался в нужный отсек, хоть тот находился достаточно далеко. Но, учитывая размеры судна, это было не самая удалённая его часть. Всего какие-то три километра пути по пустым пассажирским и грузовым отсекам. Пароний преодолел их бегом и скачками, несмотря на то, что под ноги ему то и дело попадались роботы, устранявшие повреждения в уцелевших отсеках, как будто это имело какой-то смысл.
Оказавшись, наконец, перед нужной дверью, Пароний остановился, восстанавливая дыхание, и поглядел на браслет. Вероятно, сердце так быстро билось у него не только от долгого непрерывного бега. На мгновение он представил презрительный взгляд отца, и печальные глаза матери, полные разочарования. С чего начать, в этом случае, чтобы они не оборвали его на первом же слове? Ему неожиданно вспомнились слова Ани: «Верь в них!», «Я уверена, они живы». Но в ответ на это, могло прозвучать: «Только ты для нас теперь мёртв».
Как мучительно больно было даже помыслить об этом! И как же он сильно жалел о том, что не заглянул тогда домой, на пути к Паштару, хотя бы просто обнять их в последний раз, прежде чем они его возненавидят.
— Нет, — собрался с духом Пароний, и решительно поглядел на дверь отсека перед собой — Не важно, что они скажут, или сделают мне. Даже не важно, что они обо мне думают! Родительские чувства к детям всё равно этим не убьёшь, ничто не может угасить их, до самой смерти, и после!
Пересилив себя, он вытянул руку, и дверь перед ним разошлась. Поклявшись себе твёрдо верить в любовь родителей, что бы ни случилось, Пароний вошёл в отсек, уловив на себе три десятка взглядов сквозь тёмные стёкла, скрывавшие под собой лица его собратьев. Но двое из них, сразу же подняли забрала, и направились прямо к нему, узнав сына.
— Пароний, что ты тут делаешь? — с тревогой и изумлением спросила у него мать — Что на тебе за одежда? И как ты тут оказался?
— Ты что, на своём «Митрушке», догнал «Месектет»? — рассмеялся отец, и ударил ладонями в плечи мальчика — Вот, молодёжь пошла! Уже на водородном топливе, напрямик, сквозь своды летают!
— Нам… Нужно поговорить, — произнёс Пароний, поглядев в его радостные глаза.
Взгляд Лучера сразу сделался таким же серьёзным.
— Ты прав, нужно, — согласился он с сыном — И есть о чём.
Тем временем, Аня уже была на краю той самой пробоины, через которую они пробрались на корабль, и песочным дождём просыпалась с неё на потоки ветра. Держась в воздушных слоях, она легко завернула по ближайшему вихревому потоку к берегу, и перенеслась с него на другой пониже, который унёс её прямо на континент, к какому-то городу.
«Проще простого!» — размышляла она в своём бесшумном полёте — «Вот только бы получилось ещё и собраться, когда окажусь внизу…»
