Опираясь на палочку, он сделал несколько шагов по комнате и в эти секунды ему вспомнились по-хозяйски медленные, развалистые шаги комфронта Фрунзе по красной ковровой дорожке около огромного стола в огромном кабинете, его еле слышное перханье, покашливание и весь тот сорокаминутный разговор в штабе Южного фронта. С испариной на висках Бессонов остановился в углу комнаты, раздражаясь на себя и, некоторое время стоял спиной ко всем, упорно разглядывая вышитые холщовые рушники, висящие под иконой.
– Вот что, – поворачиваясь, произнес Бессонов оттуда, из угла, нащупывая встречный взгляд Яценко и стараясь говорить спокойно.
– Как только будет готова связь, немедленно передайте распоряжение начальнику артиллерии: все имеющиеся орудия и огнеприпасы к ним, срочно перебросить командиру стрелковой дивизии на правом фланге. Если через два часа артполки с полным боекомплектом не выйдут на заданный рубеж – буду расценивать это как пособничество контрреволюции!
– Второе…, - продолжал Бессонов и подошел к столу, глядя на лежащую на нём карту, – всю артиллерию, за исключением корпусной, требую поставить на прямую наводку. В боевые порядки пехоты. И выбивать танки. Главное – выбивать у них танки.
– Нам был придан дивизион пушечных бронеавтомобилей "Гарфорд-Путиловец", – напомнил Яценко.
– Свои бронесилы введем в бой лишь в кризисный момент. А до этого будем беречь их как зеницу ока.
– Понял, товарищ командующий, – сказал Яценко, затем осторожно спросив, – не останемся ли мы таким образом без артиллерии?
– Знаю, чем мы рискуем. Но лучше остаться без единого орудия, товарищи, чем драпать! – он намеренно употребил это жаргонное, особо яркое солдатское слово, – чем драпать вплавь через реку без той же артиллерии. Поэтому повторяю: выбивать всеми средствами, уничтожать танки, основную ударную силу врангелевцев! Не дать ни одному танку прорваться к переправам. Прошу всех это усвоить: в уничтожении танков вижу главную задачу на первом этапе боев. Ещё вопросы?
Вопросов не было.
– Все ясно, Петр Александрович, – сказал Веснин, несколько смягчая накал бессоновского объяснения.
– Белые сейчас не те пошли, – пробормотал Яценко, – не прорвутся, товарищ командующий.
– Белые, к сожалению – до сих пор ещё «те», – возразил Бессонов и поморщился, – прошу Вас, начштаба, забыть про революционно-квасное шапкозакидательство.
* * *
