– Обязательно, – ответил Жак и всё-таки коротко поцеловал меня в губы, разжигая пожар ещё сильнее.
– Эй, вы там долго ещё обниматься будете? – донесся до нас недовольный окрик брата.
– Дайте нам ещё минуту! – крикнул в ответ Жак.
– Это безумно трудно, когда ты так близко, но давай попробуем сосредоточиться на деле, – сказал он. – Разговаривать с Джонатаном буду в основном я.
Жак проинструктировал, как себя вести во время общения с Правителем: взгляд опущен в землю или смотреть не выше груди собеседника и ни в коем случае не в глаза. Руки сцепить в замок, плечи опустить. На вопросы отвечать только «да» или «нет». В общем, всем своим видом изображать покорность и желание спасти брата.
– Малышка, послушай меня, – напоследок сказал Жак. – Не верь ни единому слову, что я скажу Правителю. Этот спектакль только для него. И я должен отыграть его блестяще, чтобы партия осталась за нами. Всё, что я произнесу для Джонатана, не имеет к тебе ни малейшего отношения. Ты мне веришь?
– Верю, – ответила я, сняла кольцо и убрала в карман. – Слишком заметная вещица для жительницы острова Рыбаков, – пояснила в ответ на вопросительный взгляд Жака.
– Умница, – тихо сказал он и поцеловал меня в висок. – Готова?
– Нет, – честно призналась я, – но и выбора тоже нет, – пожала плечами и первой направилась к Алексу и шаману.
Перед тем, как выходить на связь с Правителем, брата пришлось загнать на ближайшее дерево, вручив компактное устройство в виде металлического шара с несколькими торчащими в разные стороны шипами-иголками. По словам Жака это подобие морского ежа не позволит службе безопасности понять, что у беседы есть ещё один свидетель.
Шаман предложил для надежности отправить Алекса в поселение, но столкнулся с на удивление единодушным возражением и от брата, и от Жака. И вновь меня посетило неприятное чувство, будто Хранитель Земли что-то задумал. Не в нашу пользу.
– Десять секунд до начала сеанса связи, – выдернул меня из размышлений механический голос.
Оборудование было установлено на ближайшем дереве. Правитель знал, что голофоны на землях Хранителей не работали, поэтому мы принесли древний переносной коммуникатор одного из поселенцев, передающий звук и черно-белую картинку. Нам больше и не надо было. Помня указания Жака, я переплела пальцы, опустила взгляд и плечи.
– Кого я вижу? – раздался скрипучий голос Правителя, настолько неприятный, что я едва подавила желание передернуть плечами. – Неужто Жак Беннет решил вернуться к прямым обязанностям? – издевательски спросил он.
– Я никогда не забываю о долге перед Материком, – спокойно ответил Жак.
За несколько секунд он изменился до неузнаваемости, снова превратившись в того пугающего мужчину, которого я впервые встретила в коридоре научно-исследовательского центра. Мельком бросила на него взгляд: глаза непроницаемые как свинцовые тучи перед бурей, губы плотно сжаты, руки свободно висят вдоль тела. Жак показывал, что уверен в себе на сто процентов.
– У меня для вас приятный сюрприз, Правитель, – продолжил он. – Узнаете эту девушку? – Жак кивнул в мою сторону.
– Посмотри на меня, неизвестная пока девица, – приказал Джонатан Эрроу. Я покорно подняла взгляд ровно до верхней пуговицы на его рубашке. – Это, действительно, та, о ком я думаю?
– Да, – подтвердил Жак.
– Удивительно похожа на мать, – сказал Правитель.
– И полностью в моей, а значит, и в вашей власти, – добавил Беннет.
– Рассказывай, как тебе это удалось, – снова не попросил, а приказал Джонатан. – Я весь внимание.
– Все женщины падки на слова и лесть. – Жак криво улыбнулся. – Впрочем, как и на обещания.
Показалось, что я услышала гневное сопение брата. На удивление, меня саму эти слова не задели. Интуиция по-прежнему утверждала, что Жаку можно верить, да и предложениями выйти замуж не разбрасываются. Я сосредоточилась на дыхании, чтобы не выдавать совсем не те эмоции, которые положены по сценарию встречи, но и нить разговора старалась не упускать. А то обратится Правитель с вопросом и выяснит, что я витала в облаках, вместо того чтобы с трепетом ждать решения наших с братом судеб.
Через несколько минут стало понятно, что Правитель поверил в историю, рассказанную Жаком, или умело притворился. Дальше в разговор вступил и Хранитель, которому пообещали меня не трогать и оставить в поселении вместе с братом, после того как откроется портал. И конечно, все понимали, что Джонатан Эрроу не станет выполнять это обещание. Дальше мужчины обсуждали план действий по подпитке источника и открытию портала.
Ко мне Правитель обратился в самом конце и задал только один вопрос: «ты хочешь прожить остаток жизни спокойно и того же для брата? Тогда без глупостей и фокусов, хорошо?». Естественно, я ответила «хорошо», по-прежнему не поднимая глаз. Похоже, Джонатана устроила показная покорность его воле. Но все мы выдохнули с облегчением, только когда выключили и разобрали коммуникатор.
