– Чщщ! Я соскучился, – прошептал он и легко прикусил нежную кожу на шее, сразу же проведя языком по месту укуса. Я вздрогнула и выгнулась навстречу ласке. – Не открывай глаза, – приказал он, прокладывая дорожку поцелуев к моему плечу.
Одной рукой он обхватил мою грудь и большим пальцем помассировал моментально напрягшийся сосок, откинул одеяло, повернул меня на бок и прижал к груди. Я не смогла сдержать стона. С закрытыми глазами все ощущения стали ярче, острее. Рука Алекса, массирующая грудь, свидетельство его возбуждения, упирающееся в бедро, горячие губы на шее, пальцы, поглаживающие живот и дразняще медленно опускающиеся туда, где давно уже горячо и влажно.
Я сильнее прижалась к нему и попкой потёрлась о самую твердую часть мужского тела. Алекс шумно втянул воздух и хрипло сказал:
– Нетерпеливая! Подожди немного, дай мне насладиться тобой.
Одновременно со словами два его пальца скользнули в меня, а третий нарочито медленно обвёл горячий пульсирующий бугорок. Я одной рукой вцепилась в запястье Алекса и до боли прикусила губу, глубже насаживаясь на пальцы, массирующие меня изнутри.
– Лина, девочка моя, как же я скучал по тебе, – его хриплый низкий голос отзывался вибрацией внизу живота. – Моя. Хочу тебя. Безумно.
– И я. Пожалуйста… – простонала я, выгибая спину и сильнее прижимаясь к груди Алекса.
Он неторопливо освободил пальцы и несколько раз погладил чувствительную точку, заставив меня стремительно приблизиться к грани, но не позволил перешагнуть её. Одну руку Алекс положил на подрагивающее от возбуждения бедро и потянул. Повинуясь безмолвному приказу, я перекинула ногу через его бедра, полностью открываясь для любимого мужчины. Он одним толчком вошел на всю длину. Я охнула и сжала внутренние мышцы. Алекс прорычал что-то неразборчивое, повернул мою голову и впился в губы жадным грубым поцелуем, одновременно начиная быстро и резко вколачиваться в меня. В его движениях не осталось ни капли нежности – только страсть, и это возбуждало ещё больше. Дико. Яростно. Идеально.
Алекс рвано дышал, уткнувшись лицом в мою шею, одной рукой схватив меня за талию, а второй массируя грудь. Я выгибалась с каждым мощным толчком, стараясь принять его ещё больше, ещё глубже, без конца облизывая пересохшие искусанные губы. Из горла вырывались хриплые стоны. Я чувствовала, что вот-вот взорвусь и разлечусь по вселенной мириадами сверкающих искр наслаждения.
Не позволив сорваться в пропасть, Алекс опрокинул меня на живот. Одной рукой подхватил чуть ниже талии и приподнял так, чтобы я упиралась коленями в матрас, а второй рукой надавил между лопаток, не позволив полноценно встать на четвереньки. В этой позе было столько животного желания обладать, древней, первобытной власти самого сильного самца над самкой, что я едва не кончила от первого сильного толчка. Убедившись, что я больше не пытаюсь проявить инициативу, Алекс до боли сжал мои бедра и начал двигаться. Быстро, резко, мощно, с каждым толчком вбиваясь в моё тело всё глубже и глубже. Чувствовать себя такой податливой, распластанной перед ним, теплым воском в мужских руках оказалось так возбуждающе, что хотелось кричать до сорванного голоса. Но сил хватило только на то, чтобы шептать любимое имя вперемешку с мольбами двигаться ещё быстрее и ещё сильнее.
Алекс всегда так хорошо чувствовал меня, что просить ни о чем не пришлось. Он опустил руку туда, где всё горело и сжималось в ожидании разрядки, не прекращая толчки, несколько раз дразняще провел пальцем в миллиметрах от чувствительного местечка и, когда я уже готова была выдохнуть очередное «пожалуйста», надавил на пульсирующий бугорок, позволив мне стремительно улететь в персональную бездну наслаждения. Сам Алекс с хриплым стоном достиг пика несколькими секундами позже. Он наклонился и замер, тяжело дыша и прижавшись щекой к моему плечу. Потом медленно, будто нехотя вышел, разорвав упоительное чувство единения наших тел, и опустился на кровать. Потянул меня за собой, разворачивая и укладывая себе на грудь.
Лениво приоткрыв глаза, я с удовольствием рассматривала расслабленные черты любимого лица. Веки Алекса были опущены, одна рука закинута за голову, а вторая зарылась в мои волосы, массируя затылок и основание шеи. Я убрала с его лба упавшие пряди, провела кончиками пальцев по щеке с едва заметной щетиной, очертила подбородок. Алекс поймал мою руку, прижал к груди, там, где билось сердце, и открыл глаза. Я утонула в теплом золотистом взгляде.
– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя. – Он не спрашивал, но я всё равно кивнула. – Тогда поторопись, родная. Времени осталось мало.
Сон растаял. Я дернулась всем телом и резко села. Перед глазами плавали разноцветные круги. Сердце бешено колотилось в горле, а тонкая сорочка насквозь промокла. С трудом сфокусировав взгляд, я всё-таки поняла, в какой реальности нахожусь. Со стоном рухнула обратно. Всё тело горело, как в лихорадке, а между ног пульсировало от неудовлетворенного желания.
