– Йоханс… – Стефансдотр нервно сглотнула. Ее глаза блестели от слез. – Я знаю, что ты никогда не сделаешь это сам, потому что боишься за нас обоих и того, что скажут люди и мои родители. Но у меня больше нет сил. Я не могу приходить в этот ресторан, смотреть на тебя и понимать, что мы никогда не будем вместе из-за дурацких законов. Я не боюсь говорить об этом. Знаю, что многие считают так же, но боятся сказать. Но я не боюсь. Я не боюсь любить тебя и хочу быть с тобой! Так… – она плечом вытерла слезу со щеки, – ты женишься на мне?
Йоханс сжал губы. Из груди рвалось заветное слово из двух букв.
– Абсурд! Нелепость! – закричала служанка. – Принцесса, не позорьтесь! Вы совершаете непоправимую ошибку.
– Да замолчите вы! – рыкнул на нее Кален.
По залу пронесся неодобрительный гул. Никто не хотел становиться соучастником нарушения закона, даже его зрителем.
Ларалайн не верила своим глазам: девушка стояла на одном колене и делала предложение парню. Певица ни разу в жизни даже представить подобного не могла и сейчас буквально проглотила язык. Казалось, что после девушки, которую воспитали мужчины, ее уже ничто не удивит, но появилась девушка, делавшая предложение руки и сердца своему возлюбленному.
– Герда, – робко начал Йоханс. Его взгляд был устремлен на окружающих людей. Он разрывался между их мнением и своими чувствами. – Я…
Надежда Герды стала угасать, как угасал огонь в ее глазах, как исчезала с ее лица улыбка. Она все поняла. Йохансу не стоило продолжать.
– … согласен.
Тело принцессы обдало жаром. Слезы скатывались по румяным щекам. От волнения она не могла встать: руки тряслись, а ноги стали ватными. Йоханс помог ей. Пара слышала, как громко обсуждали признание посетители ресторана, кидаясь оскорблениями в их адрес, но старалась не замечать этого.
– Да заткнитесь вы уже! – накричал на посетителей Кален. Он не ожидал, что сцена предложения руки и сердца заставит его улыбаться и трепетать.
Некоторые люди решили перенаправить свой гнев на него:
– А ты молчи!
– Ты не из нашего времени и не знаешь наших законов!
– Как ты смеешь еще что-то говорить?
– Ты никто, чтобы указывать нам!
Вмешалась Джелвира:
– А приказа принцессы вам будет достаточно? Тогда прошу: не вмешивайтесь.
Большинство людей смотрело на нее с оскорбленным выражением лица, не зная, повиноваться своей принцессе или послать ее куда подальше.
Двери ресторана открылись. На пороге стояла высокая женщина, похожая на Герду. Отличало их лишь то, что у принцессы не было короны, платья и присущего всем королевам и королям надменного взгляда.
– А я, королева королевства храбрости, велю тебе, моя дочь, объясниться.
Герда побледнела, но от Йоханса не отодвинулась ни на миллиметр.
– Мама… – прошептала она, – я… я люблю его и хочу быть с ним.
Но королева не желала слушать. Она махнула на дочь рукой и обратилась к Джелвире:
– Как вы, принцесса королевства мудрости, можете одобрять подобные браки?
Роберте выпрямилась и незаметно сглотнула. Она вытянула шею и наградила королеву невозмутимым взглядом.
– Не буду отрицать: я не противлюсь таким отношениям.
– Хотите сказать, что вы одобряете действия и того изгнанного принца?
Кален сжал кулаки. Санни смиренно опустил голову. Джелвира загородила его собой и ответила:
– Он показал нам, что не стоит бояться своих чувств и что законы наших королевств несовершенны.
– Вы слишком молоды, чтобы делать такие выводы. – Королева поправила зеленое платье с бежевым кожаным ремнем на резинке. – Если произойдет кровосмешение между жителями разных королевств, то начнется хаос. А ты, Герда, хочешь стать как этот изгнанный принц: опозоренной, фактически бездомной и никому не нужной?
– Но, мама!.. – Герда была готова плакать.
– Ваше величество, послушайте… – начал Йоханс, прижимая к себе принцессу.
– От тебя я слышать ничего не хочу. – Женщина закрыла глаза и неодобрительно подняла руку: – Чтобы моя дочь, принцесса, вышла замуж за жителя другого королевства, да еще и официанта – нелепее не придумать!
– Какая же вы стерва! – заявил Кален собственной персоной.
На лицах посетителей, как и на лицах друзей, появился испуг.
– Что за старомодный бред? Из какого века вы выползли?
Он вышел из-за стола. Иона схватила его за рукав, но Кален вырвался и встал напротив королевы, смотревшей на него с нескрываемым раздражением.
– Ненавижу любовные истории. Я, по правде сказать, любовь не принимаю и не воспринимаю, но каждый человек сходит с ума по-своему, и даже если в данном случае это сумасшествие является так называемой любовью, вы не можете им запретить любить друг друга.
Эти слова, идущие от самого сердца, одновременно навевали на Калена ощущение покоя и вызывали тошноту.
– Пора пересмотреть ваши дурацкие законы, потому что вы забываете, что люди меняются. Не все из них от поколения к поколению становятся тупее, как вы. Некоторые все же умнеют и учатся слушать себя, а не только вас с вашими идиотскими стереотипами.
