«6—8 апреля 1942 года — была в Пальцо, организовала 3 комсомольские организации.
13—14 апреля — провела собрание комсомольцев в Сытенках и беседу с девушками. Организовала работу мед. курсов. Занимается 20 человек.
24 апреля — проводила собрание в Гололобове. Назначила секретарем Ивана Фролова. Приняли двоих в комсомол. Организовала группу разведчиков под командованием комсомольца Федора Макеева.
28 апреля — организовала комсомольскую организацию в Гаврилково. Секретарь — Шпаков».
Скупые строчки… А за ними — важные дела, большая организаторская работа. К 1 сентября 1942 года в 24 организациях партизанских отрядов насчитывалось свыше 700 комсомольцев. Комсомольцы и молодежь заняли ведущую роль в партизанских отрядах.
В тот день Карпова готовила письмо молодых партизан к молодежи Брянского фронта.
— Липа, — сказала Даша, войдя в землянку, — Александр Васильевич велел передать: тебя в Москву вызывают.
Липе было и радостно, и тревожно: в Москве, она никогда не была, знала, что в такую горячую пору без дела не вызовут. И все действительно оказалось так, как предполагала Липа. В Москве ей вручили награду — орден Красной Звезды.
А потом пришлось выступить с отчетом на совещании комсомольских руководителей в ЦК ВЛКСМ, поделиться опытом работы среди молодых партизан.
По настоянию товарищей Карпова показалась врачам. Тяжелая форма туберкулеза — таков был диагноз. Вместо отряда девушка оказалась в госпитале.
11 апреля 1943 года в двух километрах от базы партизанского отряда «Смерть немецким оккупантам» состоялась первая подпольная комсомольская конференция. Она проходила в обыкновенной большой землянке, только без нар. Комсомольцы вырыли ее за сутки до конференции. Посреди землянки установили длинный стол, покрытый красным сатином, на стене небольшой портрет Ленина, обрамленный еловыми ветками. Над ним — лозунг: «Молодые партизаны, все силы на разгром врага! Смерть немецким захватчикам!»
О том, какой была комсомольская конференция, Даша написала в письме Карповой.
«Радуйся, Липа, конференция прошла так, как ты хотела… Комсомольцы дали слово драться еще лучше, поскорее уничтожить врага. Много теплых слов было сказано в твой адрес. Тебя все тепло вспоминали. Видишь, какие семена ты посеяла. Всходы хорошие. Достойную смену вырастила, гордись».
Находясь на излечении, Липа не теряет связей с партизанами. Она делится своими мыслями, дает советы своим «орлятам», как лучше строить работу. Волнующие письма Липы наполнены неиссякаемым боевым духом, показывают ее высокую нравственную чистоту, горячую любовь к Родине.
19 февраля 1943 года в письме секретарю Выгоничского подпольного райкома комсомола Саше Карзыкину она писала:
«Меня лечат, но пока все безрезультатно. Да и обстановка, как понимаешь, не позволяет требовать большего… Лежу и думаю, что для Родины я кое-что сделала, но сделала мало. В соседней комнате лежит Герой Советского Союза — партизан с Украины с такой же болезнью, как и у меня. Но что делать? Помнишь, как мы собирались все вместе 6 ноября 1941 года, и связали свою судьбу с Родиной в ее лихую годину не за страх, а за совесть.
Марии Турковой, тяжело раненной в обе ноги, Липа писала:
