Всем сразу захотелось посмотреть помещение, в котором можно играть в футбол. Наверно, огромный, высокий, никогда ими не виданный зал, с воротами возле стен и трибунами под потолком, как в бассейне…
— Вячеслав Николаевич, съездимте туда! — взмолились ребята.
— Сейчас? Да что вы?! Не могу! — отбивался тренер.
— Ну, Вячеслав Николаевич! Ну, только на минутку — взглянем и все!
Ленский нерешительно посмотрел на Веру Ивановну. Тут только ребята поняли, что, вероятно, они вдвоем собирались куда-нибудь пойти.
— Поезжай уж, поезжай, — улыбнулась Вера Ивановна. — Вернешься — позвони мне!
Ребята вместе с Ленским гурьбой влезли в автобус. Ехали долго.
— А это что за здание? — спросил у ребят Вячеслав Николаевич, когда автобус свернул с Садовой к цирку.
— Где? Это? — зашумели ученики, бросаясь к окнам. — Это манеж. Вход с другой стороны, с Манежной площади, около радиокомитета…
— Ну, положим, сейчас входа ни с какой стороны нет, — улыбнулся Вячеслав Николаевич. — Разрушено здание… А кстати — вовсе это и не манеж.
— Как так? — изумился Вася Карасев.
— Был манеж, а теперь будет зимний стадион, — объяснил Вячеслав Николаевич. — Самый большой в СССР, первый «стадион под крышей». Внутри сделают настоящую гаревую беговую дорожку, длиною — ни мало ни много — 250 метров! Представляете?! Там на поле можно будет метать копье и гранату, бегать и прыгать, играть в волейбол, баскетбол и даже проводить тренировки футболистов!
— Ага! Понятно! Значит, мы здесь и будем заниматься?! — обрадовался Вась-Карась.
— Будем! Только года через два-три, когда стадион достроят, — улыбнулся Вячеслав Николаевич. — А пока нам отвели другое помещение.
И Ленский сразу вспомнил, с каким трудом удалось раздобыть спортивный зал.
В Ленинграде после войны большинство спортивных сооружений было разрушено. Оставшихся залов, кортов, рингов, бассейнов нехватало даже для регулярной тренировки мастеров и разрядников. Где уж тут достать зал для ребят?!
Директор школы ходил по всем спортивным организациям, просил, настаивал. В конце-концов, он пристроил своих волейболистов, конькобежцев, лыжников. Удалось даже на 1 час 20 минут в неделю заарендовать «воду» в зимнем бассейне.
Но найти зал для футболистов директор не смог.
И тогда, совсем уже отчаявшись, директор вместе с Ленским поехали в райком комсомола. Высокий, широкоплечий инструктор был в курсе их дел. Он сам обзвонил по телефону все спортзалы в их районе. Кричал в трубку, сердился, требовал. Безрезультатно. Тогда инструктор надел свое кожаное пальто и решительно сказал:
— Поехали!
На машине они быстро примчались в Смольный.
— Детей мы так не оставим. Зал будет, — выслушав их, сказал секретарь горкома партии.
Но прошло еще две недели, а зала не было. Директор школы и Ленский не знали, что предпринять. И все-таки секретарь горкома партии сдержал свое слово. Он заставил потесниться несколько «взрослых» футбольных команд и выделил зал для детей.
…Вскоре ребята вышли из автобуса. Тренер привел их в обычный спортивный зал. Обычный, но не совсем.
Окна были забраны металлическими решетками, лампочки на потолке и стенах тоже прикрыты металлическими колпачками. Но самое интересное — посреди зала, с потолка до пола свешивалась огромная тяжелая сеть. Казалось, рыбаки, вернувшись с моря, повесили ее сушиться.
Сеть делила зал поперек, на две половины. И на ней в виде огромной буквы «П» была нашита длинная ярко-красная лента шириной в ладонь. Лента изображала штанги и перекладину настоящих футбольных ворот, в полную величину.
Мальчики подбежали к сети и сразу поняли, что это такое: оказалось, огромная сеть сшита из трех сеток, снятых с футбольных ворот.
— Вячеслав Николаевич, — взмолился Вася Карасев, — а попробовать можно?
Ленский развел руками, мол, что уж с вами поделаешь?!
Ребята радостно зашумели, быстро скинули брюки, рубашки, надели тапочки.
Конечно, настоящее футбольное состязание в таком зале не проведешь, но тренироваться — очень хорошо.
В ворота тотчас стал вратарь. Ученики дружно подтащили к сетке два тяжелых мягких мата, чтобы вратарю не больно было падать. Выстроившись полукругом в другом конце зала, они принялись четырьмя мячами бомбардировать ворота.
Когда мяч, посланный сильным ударом, проскакивал мимо рук вратаря в сетку, она пружинила и отбрасывала, его в «поле». Теперь-то ребята уже не удивлялись, почему ворота изображены на сетке, а не прямо на стене зала. От всех этих «пушечных» ударов вскоре обвалилась бы штукатурка; кроме того, в помещении стоял бы непрерывный гул и грохот, словно при артиллерийской канонаде. Да и вратарь, играя возле стены, набил бы себе не один синяк.