Пальцы непроизвольно пытались отодрать шелушку на губе, когда Вик остановил ее взглядом и протянул свою ладонь. Вера оставила вредное занятие и коснулась его мягкого тепла. Вскоре и вторая ее рука грелась в замке его ладоней.
— Я встречал расклады и хуже. Не торопись отчаиваться.
— Меня пугает экспертиза.
— Чем?
— Купленной комиссией. С него станется…
— Оспоришь.
— А вдруг я и правда того…
— Психиатры разберутся. Ты не первая, чей муж из мести инициировал такое развлечение. Судья будет выносить решение в интересах ребенка.
Упоминание Карошки в обезличенном варианте «ребенок» немного коробило, но как еще может разговаривать адвокат по разводам?
— Мы ищем брешь в его безупречном фасаде.
— Найдется. Методично разбирай каждую мелочь. И лучше наглядно. Составь список, таблицу, доску прегрешений — что хочешь — это поможет увидеть какую-то закономерность или, наоборот, нелогичность. Ты сразу поймешь, что это.
— Ты выигрывал подобные дела? Как?
— Всегда удавалось найти аргумент, заставляющий вторую сторону снизить требования или пойти на уступки.
— Узаконенный шантаж.
Вик выдохнул нечто среднее между смешком и фырканьем и улыбнулся так, что захотелось поверить, что все обернется благополучно. Им принесли заказанное, и Вере понравилось приятное удивление, с которым Вик встретил размер порций. Несмотря на то, что заведение считалось кофейней, кормили здесь отлично: первым, вторым, салатами и десертами.
— Солянка что надо, — пробормотал Виктор, зачерпывая очередную ложку и не забывая одним глазом сторожить фаршированные блинчики.
И пусть готовила не сама, Вера испытывала легкую гордость, что он остался доволен. Утоленный голод, любимая кофейня и вселенный Виктором оптимизм сделали свое дело. Напряжение последних недель немного отпустило. Страх потерять детку перестал тянуть из нее жизнь. Еще немного, и появится смелость прочитать, что за сообщения он ей отправлял. Предлог отлучиться нашел сам собой.
— У меня дома пустые шкафы и холодильник. Пожалуй, закажу что-нибудь с собой.
Оставив его разделываться с вазочкой правильных «орешков» — с тонкими «скорлупками» и щедрой начинкой из вареной сгущенки — Вера отправилась к витрине с десертами. Делая вид, что выбирает, она загрузила в телефоне их с Виком переписку.
«Я сделала это. Обратилась в суд, чтобы нас развели. В данный момент жду, что предпримет вторая сторона, и немного боюсь подлости или чего-то такого. Ресурсов у него много, и действует он по непонятной мне логике. Съехала с дочерью. Я знаю, что не вправе ожидать конкретики и мне не дано обещаний, но дай знать, чего хочешь ты».
Он ответил спустя несколько дней.
«Вот это новости!
Ты умеешь удивлять.
Как он отреагировал?
Твоя адвокат знает, что всегда может рассчитывать на мою консультацию.
Извини, что пропадал. Семейные обстоятельства.
Остальное при личной встрече.
Как ты?»
Через день он звонил и снова писал.
«Вер, все хорошо? Я вижу, ты бываешь онлайн, но мои сообщения не читаешь.
Возьми же трубку.
Я волнуюсь».
А вот это что-то новенькое. Волнующийся Виктор. Он же не напрягается.
Повернувшись, чтобы видеть их столик, Вера оказалась в плену его взгляда. Лицо Виктора подсвечивал зажженный экран телефона. Знает, что она прочитала. Ничего нового не узнала, впрочем. Кроме этого его «волнуюсь». Волнительно!
Оставив заказ на две порции всякого, годного на завтрак, Вера и мандраж вернулись к Виктору.
— У нас личная встреча, — с нажимом напомнила она.
— Давай по порядку. На острове у нас был разговор про ожидания. Быть осторожными, встречаться сама знаешь зачем. Но жизнь идет, все меняется. Ты разводишься, я сказал о чувствах и получил интересный ответ. Что нам дальше со всем этим делать — вариантов несколько.
— И какой тебе предпочтительней?
— Для начала лечь спать. Вместе.
На ее лице отразилось вселенское разочарование. Заговорила о будущем, а получила сальность.
— Зря куксишься. Сама сказала, что мы ни одной ночи не провели вместе. Если хочешь попробовать, я готов в любой день. Хоть сегодня.
Все как просила, но почему-то не радовало. Переоценила значимость сообщения «Я волнуюсь». Это вполне могла быть фигура речи.
— Вы встречаетесь с той… другой?
— Не видел с момента отъезда.
— Ты ее любишь?
Задав Вику вопрос о любви к другой, Вера словно остановила время. Казалось, стал не нужен воздух, не нужно знать, что происходит вокруг. Она полностью сосредоточилась на его реакции, пытаясь уловить хоть какую-то мелочь, выдающую правду.
А он просто пожал плечами.
— Теперь уверен, что не люблю.
— А раньше?..
— Думал, мы хотим одного и того же. Мы во многом совпадаем, нам комфортно. Мы не выносим друг другу мозг.
Каждое «мы», относящееся к другой женщине, откалывало от Вериной самооценки по кусочку. Но не остановило от последующих вопросов.
— Да, я видела, что вас считают красивой парой, без пяти минут женатыми.
И Сережа говорил, что та златовласка завидная невеста.
— Если бы все женились только по этой причине. Ты забыла, что я сказал в прошлую встречу?
— Но ведь она тебе подходит.