После чего позволила пламени свечи поглотить рыжевато-золотистый Тёмин волос. Вспыхнув напоследок, свеча зашипела и погасла, оставив меня в кромешной темноте. Мне стало не по себе. Правильно ли я поступила? Вспомнился сон, в котором бабушка предупреждала меня о выборе, и сердце неприятно сковало льдом. Я не видела другого выхода. Тёма мне нужен, я не смогу бежать одна, он прав — в одиночку в этом мире не выжить. А ради свободы я готова на всё.
Через пару дней Тёма вернулся на прежнее место, небрежно бросив учебники на парту.
— Подвинься, королевна, — он улыбался своей привычной озорной улыбкой, которой мне так не хватало в последнее время.
— Падай, — благосклонно согласилась я, отодвинув стул. — Что, Катька уже надоела?
— Это несерьёзно, — не переставая улыбаться, ответил он. — Для опыта. Теперь я умею целоваться.
Я расхохоталась:
— Катька тебе сказала? Много тренировались? — Я не могла остановиться, от смеха уже резало в боку и в тоже время чувствовала жуткую злость. Хотелось схватить учебник потяжелее и запустить в довольную Тёмину физиономию.
— Могу продемонстрировать. Если будешь хорошо себя вести, — он смешно цокнул языком, чем заставил меня вновь согнуться пополам.
Вроде бы всё вернулось на круги своя: Тёма околачивался рядом, смотрел на меня взглядом преданного пса, но я не была уверена, сработало ли заклинание. Он ведь и раньше не отходил от меня ни на шаг.
Казалось, время ускорилось: последние пару учебных лет пролетели как один миг, и меня периодически охватывала паника. Я повзрослею, у меня только один шанс сбежать из этого места. Я не могла позволить машине решать мою судьбу, выбирать мне работу, мужа. Лучше я умру где-нибудь в степи с голоду.
В последние две недели мы сдавали итоговые работы по всем предметам: больше всего баллов выйдет в кулинарии: мне часто приходилось готовить, так как мама днями и ночами пропадала в больнице. Ещё садоводство — необходимость, еду нам придётся выращивать самим, у меня вроде неплохо получалось, наставница говорила, что растения меня любят и оживают в моих руках.
В старшей школе я старалась больше внимания уделять практическим предметам, которые точно пригодятся мне в жизни. Так что Советник отправит меня в агрокомплекс или в общепит. А Тёму — в строительство, там всё время не хватает людей. В любом случае на работу мы не выйдем, надо бежать до Выпускного, до того, как нам выберут пару.
Мы сделали новый тайник на холме за озером, там никого не бывает, да и ящик с нашими припасами Тёма закопал — если не знать, в жизни не заметишь! Мы уже и легенду придумали: вроде как на рыбалку с ночёвкой уйдём. Чтобы нас не сразу хватились, искать сперва будут возле озера, возможно, решат, что утонули.
Накануне собеседования с Советником я не спала всю ночь. Тёма тоже встретил меня у школьных ворот с синяками под глазами.
— Он всего лишь машина, да и вообще, для нас это формальность! — Я ободряюще хлопнула его по плечу.
— Ага, — Тёма неловко притянул меня к себе, скорее по-дружески, но его рука случайно коснулась груди, и по телу побежали мурашки. Я мягко отстранилась, он смутился — последнее время такое случалось довольно часто.
К Советнику нас вызывали по одному, прошедший тестирование в класс не возвращался — занятий в этот день нет. Тёма уже прошёл тест: я видела в окно, как он ходит туда-сюда по школьному двору, пиная забытый кем-то мяч и ёжась от холодного осеннего ветра.
— Савельева Анна! — В класс заглянула директриса и поманила меня пальцем. Я встала из-за парты, дрожащими, потными руками расправила подол платья и на негнущихся ногах двинулась в сторону двери. В горле пересохло, сейчас бы хоть глоток воды. Директриса подвела меня к серебристой металлической двери, нажала на кнопку и мягко толкнула в открывшееся пространство. Я оказалась словно внутри куба с тёмными отсвечивающими синеватым цветом стенами, такими же тёмными полом и потолком. В центре стоял чёрный стол, рядом — кожаное белое кресло.
— Садись, Анна. — Голос за моей спиной заставил подпрыгнуть на месте.
Я обернулась. Передо мной мерцала голограмма высокого статного мужчины с тёмными волосами и яркими голубыми глазами. Неестественно яркими, отчего они казались неживыми. Впрочем, он весь неживой. Всего лишь проекция. На мужчине тёмно-серый костюм с белой рубашкой и галстуком в чёрно-серую полоску. Советник. Я видела его впервые, но представляла именно так, в Долине камней к нему относятся как к Божеству и слагают легенды. Идиотизм, но сейчас меня трясло от волнения и страха.
Я села в кресло, Советник встал по другую сторону стола. Столешница разделилась на две половинки, заставив меня вздрогнуть, половинки разъехались в стороны, и в середине появился голографический монитор.
— Это тест, — снова подал голос Советник. — Пожалуйста, отвечай на вопросы внимательно, вдумчиво, если что-то непонятно — спрашивай. Здесь нет правильных или неправильных ответов, отвечай, как думаешь ты, как чувствуешь ты.