Когда они начинают разносить в пух и прах телевидение, их уже не остановить.
– Я была занята, – вклинилась я. – Надо поговорить.
Все три отложили карты и повернулись ко мне. Давать советы они любили едва ли не больше всего.
– Дело в Котильоне.
Марта и Мэй обменялись взглядами, а Джуэл выдохнула облако дыма.
– Котильон этот! – выплюнула Марта. – Хосспаде.
Так она произносила слово «господи». Бабуля Марта принадлежала к тому поколению дам, что считали неприличным не только ругаться, но и божиться.
– Вы против Котильона? – удивилась я.
Они ведь сами участвовали в нем когда-то, и бабушка моя, и мама, и сестра… Вдобавок бабули буквально жили традициями и правилами. Они должны обожать Котильон!
– Теперь – да. – Джуэл потушила сигарету и встала. Ну, дамы курят только сидя. – С тех пор как им занялась та женщина.
– Сэйлор Старк?
– Идиотское имя, – закатила глаза Джуэл.
– До нее Котильон проходил весной. Как положено, – пояснила Марта, сложив руки на коленях. – Всем известно, девушки расцветают весной. Превращаются в прекрасных бабочек. Поэтому раньше он назывался Балом Куколок.
– А теперь что? Бал Омелы? – насмешливо фыркнула Мэй. – Какой теперь смысл? Если она, конечно, не заставит вас бегать туда-сюда и целовать всех подряд.
– Она может, – пробормотала Джуэл, выдергивая ниточку из вышитого у себя на груди пирога.
– А кто занимался им раньше? – поинтересовалась я.
– Кэти Фостер, – быстро ответила Джуэл. – И справлялась отлично. Ума не приложу, почему она отдала свой пост первой встречной.
– Ума не приложу, почему Сэйлор Старк так хотелось взяться за Котильон, – сказала Марта. – Видимо, заведовала им у себя в Вирджинии.
Они опять сердито заворчали.
– Вообще странно, – задумчиво промолвила Мэй, откидываясь на спинку. – Кэти любила свое дело и, насколько я знаю, хотела передать его дочери. А потом нарисовалась Сэйлор Старк, пообедала с ней – и возглавила Котильон.
– То же самое с Сообществом по улучшению Пайн-Гроув, – напомнила Марта. – Я думала, Сюзанна Пэрри будет во главе до скончания веков. И тут тоже – оп, Сэйлор Старк продефилировала к ней в гости с ромовым пирогом и вдруг стала еще и главой Сообщества.
Я поерзала на стуле, вспоминая разговор с Сэйлор. Она называла себя алхимиком, хотя слово «ведьма», на мой взгляд, тоже подойдет. Наверняка она использовала свою силу с Кэти Фостер и Сюзанной Пэрри. Теперь я понимаю, зачем ей нужно было становиться во главе всего, включая и мой любимый Котильон…
– А вы что-нибудь еще о Старках знаете? Что-нибудь… ну, странное, например? Необычное?
Мэй и Марта опять переглянулись, а Джуэл налила себе еще чаю.
– По мне, так вся эта семейка странная, – заявила она, хмурясь. – Вдруг как снег на голову появляется Сэйлор, да еще и с младенцем на руках. И покупает «Йеллоухэммер».
Точно, так называется дом Старков. Знала ведь, что тупое слово.
– В нашем детстве ходили истории о привидениях в том доме, – протянула бабуля Мэй. – Якобы давным-давно там жила ведьма. – Она махнула рукой, и сигаретный пепел осыпался на желтую скатерть. – Конечно, в здешних краях куда ни кинь – наткнешься на дом с призраками. Так что пустяки это.
Марта покачала головой:
– Мужа у нее нет, вот что странно. Говорю вам, паренек тот явно ей не просто племянник.
– Марта, что ты такое несешь, – пожурила Джуэл. Она вернулась за стол и снова раздала карты. – Я, разумеется, далеко не в восторге от Сэйлор Старк, но она делает для мальчишки все. И он вырос почти таким же умным, как наша Харпер! – Джуэл наклонилась и хитро улыбнулась. – Ты же вырвешь у него право произнести речь на выпускном, да, милая?
– Естественно, – улыбнулась я в ответ.
Они опять сели за игру, а я – невзирая на угрозу диабетической комы – налила себе еще приторного чаю.
– А может, что-то странное в городе происходило? Вообще странное? Люди что-то замечали, предметы пропадали… ну, волшебство всякое?
Теперь переглянулись все три. Марта очень осторожно отложила карты.
– Харпер, ты нюхала?
– Нет. – Я так быстро отставила чашку, что разлила чай и потянулась за бумажным полотенцем. – Мне для исследовательского проекта. Я пишу… м-м… работу о местных суевериях.
Успокоившись, бабули продолжили игру.
– Ну, раз так, то, конечно, странности случались, – сообщила Мэй. – Например, в окне здания муниципалитета, говорят, видно лицо мужчины, если лучи солнца правильно упадут.
– Еще говорят, в ложе хора в баптистской церкви живут привидения, – добавила Марта, вытягивая из пачки очередную сигарету. – Хотя я считаю, там просто голуби, а уборщики халтурят.
– Знаешь, милая, вот ты сказала про исчезновения… Был один человек много лет назад, – произнесла Джуэл, не отрываясь от карт. – Люди видели, как он, разодетый в черное, шнырял по городу. Подозрительно шнырял. Он снимал комнату в пансионе Дженис Дафф. И вот посреди ночи Дженис слышит оттуда жуткий шум и входит. Она клянется и божится, что увидела на кровати его проткнутый мечом труп.
У меня защекотало в горле. Мэй кивнула.
