Точка впереди не изменяется в размерах.
Кажется, теперь они летят на одинаковой скорости.
Патовая ситуация. Так может продолжаться вечно. Если в дело не вступят чистые васты, которые контролируют Глубину, погоня закончится не раньше, чем иссякнет сила. Словом, победит тот, у кого больше запас.
Криброк, истощенный длительным пребыванием в отсидке, выпадет из гонки первым. Если у него нет секретов, о которых никто не знает.
Доэ непредсказуема. Она чувствует себя в Глубине Мегафара, как рыба в воде. Неизвестно, что она может выкинуть через мгновение.
Вадим в этой тройке выглядит самым слабым звеном. Догонит ли Криброка Доэ, или Доэ уйдет от погони? – на исход дела Расин никак не повлияет.
Криброк сделал очередной вираж и, войдя в пласт безвременного пространства, мгновенно сократил расстояние вдвое. Вадим повторил фокус.
Куда бежит всесильная Доэ? Что, если она готовит ловушку?
Почему отказалась сражаться? Неужели испугалась «меча защитника»?
Каков он в действии, этот меч? Что собирается сделать Криброк, когда настигнет девушку? Снести ей голову?
Площадь Суда. Вадим не слышал об этом месте. Его блиц-обучение было неполным. Он усвоил лишь азы.
Скрытность Доэ, двуличие Криброка: все – неопределенность… Вадим не может доверять в этой ситуации никому, но ведущий кашатер охраны Хромофара Расин обязан выполнять инструкцию и указания ведущего кашатера Криброка. Инструкция – единственная определенность. Сущности, представляющие угрозу для целостности Хомофара и её обитателей, должны быть уничтожены. Кашатер Криброк предлагает поступить более лояльно.
Справа замерцало багряным. Едва заметно. Вадим уже умел различать спектры границ безвременных пластов.
Расин среагировал мгновенно. Он изменил направление полета и через две стотысячных доли секунды оказался в заливе пласта. Тут же вынырнул буквально в нескольких сотнях километров от Доэ. На пути её движения.
Он применил один из способов задержания, который записал в ажну Крапс.
Безвременная сеть.
Надо всего лишь успеть создать треугольник. Три точки вне времени. Вираж. Точка. Безвременье. Скачок. ещё точка. ещё скачок. Установка последней точки и вхождение Доэ в треугольник совпали во времени.
Пространство разделилось на ячейки и замкнулось. Вадим успел свернуть треугольник за мгновение до того, как в зоне задержания оказался Криброк. Меча в его руках уже не было видно.
– Прекрасная работа, – услышал Вадим. – Убил в треугольнике время. Хвалю. Я и сам по природе хронофаг.
Доэ теперь была двухмерной. Её можно разложить в любой плоскости пространства, свернуть в комок.
– Дело сделано, – сказал кашатер Криброк и спрятал Доэ в потайной карман, а Вадим почувствовал, как на душе заскребли кошки.
Контроль чувств! – приказал себе кашатер Расин, торопливо запихивая остатки мыслей в темный закоулок.
Ему удалось не впустить в душу нахлынувшую тоску.
– Куда теперь? – спросил Вадим.
– Мы в Глубине, – сказал Криброк. – Хоть только что были в Трифаре. Минуя Пустыню, колодец и Алехар, мы с тобой каким-то образом оказались здесь. Тебе это не кажется странным?
– Звезд не видно, – заметил Вадим.
– Об этом я и говорю. Нам необходимо двигаться к ледяному центру Мегафара. Площадь Суда находится под станцией колодца фара два-два-шесть-один.
Их окружала не вполне однородная смесь пространства, времени и сознания.
– По расположению пластов мы можем определить, где находится центр, – сказал Вадим: пребывание в Глубине Мегафара его кое-чему научило.
Криброк дружески похлопал Расина по плечу.
– Молоток!
Пласты располагались перпендикулярно радиусу вселенной и немного поманеврировав по пространству, кашатеры определили направление полета.
Прошло всего около семнадцати тысяч секунд, и впереди показалась голубоватая точка.
Кашатеры изменили направление полета на одну сорокатысячную градуса и теперь двигались точно к центру вселенной. В целях экономии силы пришлось отказаться от разговоров, хотя молчание было в большей степени проблемой для словоохотливого Криброка.
– Ты знаком с ледорубами? – спросил Криброк, когда они пересекли сигнальный уровень и вошли в уровень холода.
– Немного, – ответил Расин.
– Тогда не удивляйся. Скоро мы окажемся на их территории.
Криброк сделал знак, и кашатеры сменили направление полета. Теперь они двигались в плоскости, параллельной поверхности. Криброк то и дело вертел головой, что-то высматривая. Вероятно, искал ориентиры.
Наконец, он обрадовано вскрикнул:
– Снижаемся!
Пилоты немного опустились и летели почти над самыми верхушками гор, любуясь фантастическими картинами.
Через некоторое время Вадим заметил, что горы стали ниже. Отдельные вершины переходили в широкие плато, пересекаемые бездонными каньонами.
– Взгляни туда! – крикнул Криброк.
Вадим повернул голову и увидел полукруглую цепь снежных холмов на плато. На вершине каждого холма – неправильные ледяные конусы.
– Это место называют Городом Присяжных. Древнее название – Суд.
– Что мы должны сделать? – спросил Расин.
– Просто передать им Захватчика.
Посмотрев в глаза Вадиму, Криброк добавил:
– Если её оправдают, то доставят в любое место Вселенной, куда она пожелает.
