– Знаешь что, – Пиликин отрицательно покачал головой. – Тебе, брат, не проводники нужны, а пограничники.
– Это ещё кто?
– Такие заботливые дяди и тети, которые сгореть не дают, когда несешься вглубь мира с огромной скоростью. Ты беги-то, беги, но знай: чем больше скорость, тем выше сила трения. Но не только пограничники тебя тормозят. Есть кое-что такое, что очень не хочет твоего продвижения вглубь.
– Что именно?
Иван развел руками, и на лице его появилось глуповатое выражение.
– Понятно… Как распознать пограничников?
– Думаю, ты их уже встречал, и не раз. Они очень любят палки в колеса ставить. Головоломки разные подкидывать… Они распределяют, кому можно, а кому – нет.
– А психиатр Хван – пограничник?
– Это тот, что за твоим телом присматривает? Да ну… – Иван презрительно скривился. – Он вообще никакого отношения к уровням не имеет. Он – никто.
– Да уж… Не сказал бы. Во всяком случае, на четвертом уровне он чувствует себя как рыба в воде.
Пиликин посмотрел с улыбкой. Похоже, не поверил.
– Чего ты все спрашиваешь? Скоро сам будешь знать больше меня.
Вдруг Вадим понял, что он давно уже не тот киевлянин с Воскресенки, рядовой гражданин, которого можно испугать неопределенностью будущего.
– Я должен идти вперед…
Пиликин аккуратно затушил бычок о подоконник.
– Ладно, – пробурчал он. – Попытаюсь отвести я тебя к одному отправнику…
– Ты его знаешь?
– Да, я с ним сотрудничал. Человек чрезвычайно скользкий… Он тут недалеко, на улице Курнатовского… Пошли, только шкаф оставь открытым. И входную дверь тоже. Не бойся, сюда никто не войдет.
Иван направился к выходу.
– Подожди, – окликнул его Вадим. – Помоги мне немного с этими упаковками разобраться.
Он быстро расчистил небольшую площадку посреди комнаты, взял коробку от телевизора, поставил её на пол. Сверху водрузил другую, поменьше размером.
– Что это? – Иван подозрительно прищурился.
– Не знаю, – Вадим пожал плечами. – Но мне кажется, я делаю правильно.
Построив некое подобие двух пирамид, Расин удовлетворенно кивнул.
– Теперь идем.
