Первое занятие в группе длилось тридцать тысяч секунд.
Нельзя было задавать вопросы, сводить взгляд с Учителя, думать о чем-либо, кроме того, что сообщает Учитель.
– Слушайте и запоминайте, – говорил Балмар. – Вот устройство мира: Вселенная, именуемая Мегафаром, состоит их трех великих васт – пространства, времени и сознания. Представьте три овала, которые, накладываясь друг на друга под углом оси сто двадцать градусов, образуют круг. Каждый из овалов имеет удаленные центры. В них пространство, время и сознание пребывает в чистом виде. Центры великих васт – за пределами Мегафара, и весь Мегафар – их периферия. Здесь, – он ткнул пальцем в пол, – все они пересекаются, образуя триединый мир. Таким образом, этот круг (общая периферия васт) и есть вселенная Мегафар, в которой мы находимся. Для наглядности…
Балмар развернулся и нарисовал на доске схему. (Доска – деревянная, мел – обычный, никакой электроники.)
– Наружная поверхность вселенной есть материальный мир, – продолжал Учитель, вытирая пальцы о платок. – Её оболочка суть пять уровней. Внутренняя поверхность шара – шестой уровень или Пустыня. Все шесть – призрачны, потому я говорю вам: их нет. Содержимое шара – Глубина Мегафара. Вывод: за пределами вселенной обитают три великих васты – сознание, время и пространство; здесь же, смешавшись, они создают Мегафар.
Вадим представил себе трех человекоподобных существ, они держатся за руки, образуя один тройной кулак – мироздание. Выходит, все зависит только от их желания держать друг друга за руки?
– Каждая из васт населена сущностями. Есть, соответственно, сущности пространства – шадры, сущности времени – вримы и сущности сознания, именуемые Персоназами. Последние неподвижны и обитают только на вневселенской территории, в самом центре васты сознания. Триединому Мегафару они отдают только свои лучи. Вримы и шадры, напротив, весьма мобильны. Они свободно пересекают границы Мегафара. Эти сущности повсюду, их бесконечное множество.
Вадим вспомнил первый курс, физику, профессора Гусарова. Тот любил делать большие отступления и фантазировать на темы древнегреческой мифологии и языческих религий. Было что-то общее между лекциями Гусарова и этим занятием.
Расин отвлекся, случайно скользнул внутренним взглядом по мысленному потоку Фирмана.
Эду жутко хотелось оглядеться, увидеть своих однокурсников. Вдобавок он боролся с желанием задать Учителю тысячу вопросов, попросить у кого-нибудь тетрадь для конспектирования… Он боялся, что забудет важную часть сказанного, и испытывал эйфорию от приобщения к вселенским тайнам. В его голове звучали слова, вроде «я – избран» и «я – бессмертен».Странно и непохоже на того флегматичного Фирмана, которого Расин знал уже почти десять лет. А может, Эд всегда был таким? Ведь прежде не удавалось заглянуть в его «черный ящик»!
