Позже я полистаю справочник по зельям, но уже сейчас уверена, что это будет бесполезным занятием. Это было не так, словно Дик выпил какой-то отвар и позволил мне увидеть то, что хочет показать мне сам. Нет, муж был удивлен не меньше моего, он и сам не ожидал чего-то подобного, и вместе со мной видел все те эпизоды из собственной жизни, что на секунду стали открыты для меня. Да и вряд ли существует зелье, способное изменить воспоминания о семи годах жизни. Проверю потом, чтобы быть полностью спокойной, но уже сейчас знаю - нужды в этом нет.
Нет нужды пытаться уличить Ричарда в обмане. Но необходимо отплатить тем, кто так жестоко сломал нашу жизнь. Мне есть, над чем подумать.
Вопреки собственным словам, я все же уснула. Сон был беспокойным, неприятным. Не один из моих кошмаров, но какой-то... липкий и удушающий, поэтому я с облегчением потянулась к знакомому голосу, зовущему меня и помогающему вырваться из этой паутины.
- Доброе утро.
Дик сидел на краю кровати, настороженно и в то же время с теплой насмешкой смотрящий на меня. Настороженность я понимаю - ему не очень хотелось говорить о том, что я вчера увидела, он был не готов после последнего откровенного разговора так быстро пускать меня к своим переживаниям. Но вот насмешка?
Впрочем, ответ нашелся в ту же секунду, как я попыталась пошевелиться. Предприняв попытку потянуться, я локтем и пяткой ударилась об изголовье кровати и чуть провалилась в яму между подушками. Дик подавил смешок, наблюдая за тем, как я пытаюсь выбраться из построенного мной подушечного гнезда, и протянул руку, предлагая помощь. Сначала я хотела отказаться, но ноги путались в простыне. Пресветлые, как же я умудрилась вообще заснуть в таком неудобном месте и в такой неудобной позе?
Ричард вытащил меня на середину постели, хмыканьем ответив на мое недовольное кряхтение.
- Оно не доброе, - пробурчала я, вытягиваясь во весь рост и с наслаждением раскидывая в стороны руки-ноги. Дику пришлось развернуться, чтобы оказаться снова лицом ко мне.
- Я уже забыл, какой забавной ты бываешь по утрам, - тихо произнес он, чуть улыбнувшись.
Он второй раз за сутки назвал меня забавной... Меня смутило это замечание. Я перекатилась на противоположный край, надеясь, что не покраснела и что мои действия нельзя истолковать как побег. Дик склонил голову набок.
- Сколько сейчас времени? - спросила я, стараясь выглядеть невозмутимой. Слова Ричарда я предпочла оставить без ответа. Просто потому, что не знала, как правильно на них реагировать.
- Мы с тобой спали непростительно долго, - сообщил муж. - Скоро уже полдень.
- После вчерашнего, наверное, можно, - задумчиво предположила я и поторопилась спросить, видя, что Дик хочет сказать что-то еще: - Что произошло ночью? Как у меня получилось увидеть твои воспоминания?
- Я сам до конца не уверен, - Ричард опустил голову, прикрыв глаза, и испытывая явную неловкость и неудовольствие от того, что я вторглась в личное эмоциональное пространство, быстро проговорил: - Читал о подобных случаях, еще учась в университете. Раньше не только чтецы могли вытаскивать души из-за грани. Обычные маги тоже на такое способны, если на протяжении многих недель находятся рядом с отчаявшимся пациентом неотлучно. Взаимодействие идет только между ними, и в моменты лечения маг передает больному свои эмоции, свою жажду жизни и воспоминания о счастливых мгновениях. Такое метод встречался довольно редко, так как чаще всего не оправдывал себя из-за длительности, но история зафиксировала несколько подобных случаев. Нечто похожее произошло и вчера, полагаю, только вместе с положительными эмоциями ты увидела и... - Дик оборвал рассказ на полуслове, меняя тему и не желая обсуждать свои чувства ко мне. - Твои вещи пока не привезли, но, думаю, в ближайшее время...
- Вещи? - удивилась я, не сразу вспомнив о совершенных Диком покупках. Разговор об одежде и гардеробе казался далеким и нереальным - слишком уж многое было сказано после.
- Платья и прочая мелочь, - подтвердил муж, вставая. - Давай, поднимайся, я пока распоряжусь о завтраке.
За прошедшие годы я отвыкла от того, что в моей спальне с утра кто-то может быть, но присутствие Ричарда воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Могло ли быть так, что за проведенное рядом с ним время он меня приучил к этому? Я огрызалась, игнорировала, обвиняла, но все равно не могла ничего поделать с тем, что он часто сидел со мной внизу. И постепенно я к этому... привыкла? По крайней мере, я с облегчением потянулась за его голосом, выныривая из сна, и совершенно спокойно отнеслась к тому, что он сидит на моей кровати. Смутило меня лишь его замечание: уж слишком оно было домашним. Таким, как раньше. А так... кажется, я действительно уже не вижу ничего ужасного в том, что мы разговариваем, ужинаем вместе и при этом чувствуем себя неплохо. Правильно ли это? Не знаю.
Я едва успела привести себя в относительный порядок, когда Дик вернулся. Не позволив мне заправить кровать, он потянул меня из комнаты, коротко пояснив на вопросительный взгляд:
- Завтракать.