Сколько мне потребовалось времени, чтобы выплакать всю боль, я не знала - в этом подземном кабинете не было ничего, что говорило бы об убежавших минутах и часах. Но, едва я смогла дышать ровно и поднять голову, чтица взяла меня за подбородок, снова заставляя смотреть ей в глаза:
- Лиза. Девочка, потерявшая саму жизнь, тебе не стоит меня бояться. Есть люди и есть страхи, способные причинить гораздо больше боли. Сосредоточься на том, чтобы избавиться от них, лисёнок.
Я думала, что после едва закончившейся истерики больнее мне уже не будет, но чтица нанесла еще один удар. На то она и чтица, чтобы видеть чужие души, но... Дик!.. Он называл меня лисенком, утверждая, что на солнце мои каштановые волосы отливают рыжим, что в такие моменты ему хочется приласкать меня...
- Досточтимая Кара, у вас все хорошо?
Стук в дверь и голос Люка удержали меня на краю, не позволяя вновь скатиться в ту бездну отчаяния и боли, из которой я могла уже не выбраться. Встреча с чтицей стала слишком большим испытанием, я не чувствовала в себе сил на то, чтобы заново собрать себя из осколков. Когда-то - могла, но сейчас, когда мою душу выпотрошили, это было бы невыполнимо. А потому я сосредоточилась на посторонних звуках и образах, пытаясь отгородиться от той лавины боли, что грозила вот-вот обрушиться на меня.
- У нас все в порядке, агент, - громко ответила чтица, отпуская мой подбородок. Плавно поднявшись на ноги, она вернулась за стол, откинувшись на стуле и наблюдая за мной. - Вы можете войти.
Люк тихо и осторожно открыл дверь, но входить все же не стал, остановившись на пороге.
- Я могу узнать, как прошла встреча? Готова ли Китти к тому, что ей предстоит сделать, уверена ли в своих силах и стремлениях?
- Китти? Да, агент, она готова. Лучше нее вряд ли кто-то справится с этим делом, только в ее руках возможность причинить лорду Девенли непоправимый вред.
- И вы сделали все, как нужно?
Лицо чтицы заледенело, вмиг превратившись в маску. Обхватив себя руками, я вглядывалась в ее глаза, замечая и враждебность, и бессильную злость, направленные на Люка. Позже я подумаю над этим. Не сейчас, сейчас мне больно. Но позже.
- Забирайте ее и уходите, агент. Вас же передергивает от одного нашего вида, - прошипела Кара, - вы же нас боитесь и ненавидите. Так забирайте ее и выметайтесь из моего кабинета! Не заставляйте меня проверять и вашу веру тоже.
Быстрые нервные шаги - и Люк буквально сдернул меня со стула, за руку вытаскивая из комнаты. Меня трясло, хотя я пыталась унять дрожь и не думать о том, что только что случилась. Дверь за спиной захлопнулась с резким громким звуком, и я едва не подпрыгнула. Пресветлые, до чего же довела меня встреча с чтицей! Неужели они думают, что после такого препарирования моей души и моих эмоций я еще на что-то способна?
У стены напротив нас дожидался Тимми. Он был бледен и испуган, в глазах застыло загнанное выражение. Руки моего напарника мелко подрагивали, губы безостановочно шептали что-то. Наверное, я выглядела так же. По крайней мере, чувствовала я себя так, словно меня через мясорубку протащили, что не могло не отразиться на внешнем виде.
Люк же, едва закрылась дверь в кабинет Кары, заметно повеселел.
- Давайте-ка, ребятки, успокаивайтесь и приходите в себя. Знаю, вам кажется очень странным, что именно в тот день, когда должно произойти такое важное событие, да еще с вашим участием, вас заставили встретиться с чтецами душ, но, поверьте, руководство знает лучше, для чего это нужно. Сейчас вы слегка разбиты... - едва ли мое состояние походило на "слегка", но поправлять Люка желания у меня не было, - но к вечеру все это переродится в злость и даст вам силы, которые будут необходимы. В этом и заключается работа наших чтецов - вытащить наружу все то, что заставляло вас страдать, чтобы превратить боль в ярость. - Выталкивая нас в основной коридор, который вел к лестнице на "жилые" этажи, он поинтересовался: - Вы как, в норме?
- Да... да, я в порядке, - хрипло ответила я, прижимая руку к горлу. Видимо, истерика не прошла для меня бесследно. И хотя я не кричала, чувство было такое, что я сорвала голос и материализовала внутри своего организма маленький кусочек Великой Пустыни.
Тимми неуверенно кивнул, замер, прислушиваясь к себе, и закивал снова, подтверждая, что и он в норме. В глазах парня постепенно разгорался знакомый мне огонек: он выслушал объяснение Люка и поверил ему, вновь обретая в лице мятежников олицетворение своих надежд и мечтаний, едва не разрушившееся из-за болезненной встречи. Кажется, уже сейчас он начал превращать все эмоции в злость. Не только те безнадежность и отчаяние, что я заметила несколько минут назад, а все эмоции - напарник растворялся в предстоящей миссии полностью, отдавая себя всего.
Я в себе такого настроя не чувствовала, и Люк, кажется, понял это. Остановившись посреди коридора, он за плечи развернул меня к себе и, внимательно заглядывая в глаза, уточнил еще раз:
- С тобой точно все в порядке, Китти?