— Не должны, — оборвал я его. — Это ничего уже не изменит. Наши пути разойдутся после этой ночи.
Он ещё что-то говорил, но я убрал канал. А в следующий миг хранитель пробил головой потолок и вылетел на поверхность. Грохот, летящие вокруг камни и комья земли. Свежий воздух, ворвавшийся в лёгкие. И — яркое пламя со всех сторон. Всё это на миг оглушило меня, ослепило, дезориентировало.
Помог прийти в себя голос. Вернее, два голоса, мужской и женский, говорящие в унисон:
— Наконец-то, сэр Мортегар! Я уже начал было волноваться.
Это было самое настоящее дежавю. Я уже видел такое в Дирне. Город полыхал, со всех сторон доносили крики людей. Спасся ли Вимент в этом безумии?..
Мы выскочили внизу, под холмом, разбив головой хранителя чей-то горящий дом. На крыше Святилища сидел Огненный Дракон и смотрел на нас сверху вниз. Огненные Мужи, которые, как и говорил Зован, оцепили холм, теперь стремительно перегруппировались, встав толпой напротив нас.
— Я пришёл! — выкрикнул я, и воздух усиливал мой голос, разнося его далеко в разные стороны. — Спасай город, как обещал.
Дракон захохотал, потом развёл крыльями:
— Я солгал. Ни к чему спасать людей, ведь я сам могу их сотворить. Новых. Лучших.
Хранитель склонился и ссадил нас всех на землю. Я обратил внимание, что пролом успел зарасти. Земля хранила свои тайны.
— А теперь поговорим честно, — проговорил Дракон. — Отдай мне Сердце.
— Подойди и забери, — сказал я. — Натсэ?
— Угу, — кивнула она. — Хранитель! Убей дракона!
— Остальные — к бою! — крикнул я.
Лореотис, Кевиотес и Авелла выхватили мечи одновременно. Каменный хранитель сорвался с места и, широко шагая, побежал вверх по холму. Он пробежал сквозь толпу Огненных Близнецов, раздавив как минимум пятерых, но они тут же вскочили. Все сорок, вооружившись огненными мечами, бросились на нас.
Доспехи покрыли меня с головы до ног. Я побежал навстречу врагам, на ходу меняя меч на ледяной. Эх, сейчас бы ошейников штук сорок и — как тебе такое, Мелаирим?!
Но ошейников у меня не было. Зато было
По ледяному мечу побежали фиолетовые разряды. Я, набрав разгон, подпрыгнул, крутанувшись в воздухе, чтобы придать нужное ускорение, и обрушил первый удар на ближайшего стража.
Огненный меч, которым тот заслонился, переломился пополам от удара, ледяное лезвие глубоко пробороздило грудь. Страж вскрикнул.
Я выполнил трюк, который уже применял однажды, во время битвы в подземной пещере. Пока лезвие было в груди стража, я заставил его деформироваться, расшириться. Бурлящая, исходящая паром кровь хлынула во все стороны, тело стража разорвало на две части.
Когда останки рухнули на землю, я вытянул над ними руку.
Две половинки стража вспыхнули и за секунду сгорели дотла. Вот и всё. Удобно, когда нет нужды захватывать противника живьём. Но времени праздновать победу не было, как не было ещё, собственно, и победы.
Натсэ окружили. Она билась молча и сосредоточенно, как всегда. Её изогнутый меч сверкал, на лету сливаясь в стальной кокон, защищающий её. Лореотис, издав громоподобный рык, воспламенил свой клинок и прорвался к ней, круша стражей, будто беззащитных детишек. Встав спина к спине, они с Натсэ продолжили бой.
Авелла поднялась в воздух, летала над стражами, осыпая их сверху стальными дротиками. Я вспомнил, что прямое воздействие магией на стражей отнимает ресурс. Поэтому никто, кроме меня, не использовал так нагло магию, обеспечивающую контакт с жертвой. Авелла не запускала вихри, Натсэ не выпускала каменные пики. Лореотис, потратив силы на прорыв, погасил меч и тоже бился, как обычный человек, а не маг.
Я врубился в гущу врагов, размахивая ледяным мечом. Предельная боевая концентрация запустила тот механизм в магическом сознании, который я уже видел. Между мной и десятками противников протянулись разноцветные стрелочки. Они быстро менялись, перестраивались. Белые, красные, голубые и чёрные вскоре погасли, остались фиолетовые. Похоже, интерфейс рассудил, что Магией Души я навоюю побольше, чем Стихийной.
Ну что ж, не буду спорить. Чем я там, на берегу, запустил в Старика, разозлившись?
Подчиняясь интуиции, я выставил ладонь перед несущимся на меня стражем, будто пытаясь сказать ему «Стой!». Сгусток фиолетовой энергии сорвался с ладони, врезался в грудь стража.
Страж замер, взмахнув руками. Фиолетовая энергия разрядами расползлась по его телу, потом будто впиталась, и тут же стража разорвало на куски вспышкой фиолетового цвета. Я закрыл лицо рукой, защищаясь от обугленного мяса.
Прекрасно. Настолько круто, что даже зашибись.
