В этот момент на неё напал страж. Его меч не долетел до Натсэ десяти сантиметров. Лава поднялась волной и пожрала его. В смысле, меч, не стража. Впрочем, она тут же пожрала и стража. Это уже было несколько странно.
Вместо стража осталось нечто вроде стихиаля, контурами напоминающего человека. Его прикончил
Тут же вспыхнули и превратились в стихиалей ещё пяток стражей, которые до этих пор стояли спокойно в лаве. В битве наметился перевес. Наши сумели сгруппироваться и дать отдых измождённым Лореотису и Кевиотесу.
Тем временем лава полностью окутала Натсэ. На её месте принялся расти лавовый голем. Когда же он закончился и встал во весь рост, то, по словам Лореотиса, «рожа у него была такая же, как у того, хранителя!».
В середине груди гиганта виднелась, будто бы распятая, чёрная фигурка Натсэ. И когда она пошевелилась, зашевелился и голем. Он шагнул, наклонился и подхватил одним махом сразу трёх стражей, сжал их в кулаке, а когда разжал пальцы, только дымок поднялся с пылающей ладони.
Оставшиеся стражи, увидев самого опасного соперника, бестолково бросились на него. Битва закончилась через десять секунд. А потом лавовый голем обратил взор к Дракону. Когда голем заговорил, в его голосе слились два: голос каменного Хранителя и голос Натсэ. Что это вообще могло означать — никто не знал. Но слова прозвучали. Огненного Дракона обозвали драным петухом.
— Что?! — взревел Дракон, сворачивая своё огненное море. — Что это за чушь?
— Ты хотел Сердца? — прогрохотала Натсэ дуэтом с хранителем. — Так иди и возьми!
Сотворив лавовый меч, голем побежал вверх по склону, оставляя за собой полыхающие следы.
— Сердце Земли? — недоуменно переспросил Дракон. — Но…
Но это только в детских анимешках, вроде «Наруто», герои по полчаса стоят и разговаривают о магических штуках, прежде чем начать драться. Натсэ явно смотрела в своей жизни не так уж много аниме, зато она училась убивать и преуспела.
В не успевшего договорить Дракона плечом врезался лавовый голем, а когда Дракон упал на землю, подняв облако искр, над ним взметнулся лавовый меч.
Дракон исчез. На его месте остался маленький, ничтожный Мелаирим в алом плаще. Лавовый меч с бульканьем пронзил землю рядом с ним. Мелаирим взмахнул рукой, сотворяя огненный кнут. Кнут обвил ногу голема. Это действие казалось таким бессмысленным и жалким, что я его даже всерьёз не воспринял.
Зря.
Мелаирим дёрнул, и голем вдруг покачнулся, рухнул наземь, головой вниз.
— Это уже перебор, — спокойно сказал Мелаирим, шагая к поверженному противнику. — Это нужно заканчивать. Сердца Стихий! Против меня! А что потом? Об этом вы не подумали? Даже не буду спрашивать, кто принял такое решение. Безумие в чистом виде, сэр Мортегар.
Звучало всё это до такой степени буднично, что я поневоле вспомнил академические будни, когда Мелаирим был всего лишь проректором и в точно таких же интонациях распекал провинившихся учеников. Кричал он редко. Всё чаще говорил как-то вот так, будто сам себе, и это на многих действовало куда лучше криков.
Тем временем лава резко остыла. Голем прекратил светиться и сделался вновь каменным, но будто оплавленным. И где-то в глубине его груди оставалась Натсэ.
Мелаирим легко запрыгнул ему на грудь, в руке у него появился маленький безобидный кинжал.
— Ты забрала плоть у моих стражей, — сказал он. — Я забрал огонь у тебя. Мы квиты. А теперь извини, девочка, но я тебя оттуда достану, и ты отдашь мне Сердце Земли. Оно мне вообще не нужно, но пусть лучше будет у меня, чем…
Чем он думал — это так и осталось загадкой. Потому что голем преспокойно поднял руку и схватил Мелаирима, превратив его последние слова в писк сплющенной морской свинки.
— Ты что-то говорил? Я прослушала! — загрохотал двойной голос Натсэ и Хранителя. — Кажется, я что-то должна была тебе отдать?
«Мелаирима нельзя убивать», — вспомнил я слова Старика и крикнул:
— Натсэ! Нет!
Но смысла в крике уже не было. Тело Мелаирима вновь окутало пламенем. Кулак голема разлетелся на куски, и на его грудь четырьмя лапами опустился Огненный Дракон. Я спикировал ему на затылок. Ресурс успел немного восстановиться, и я от всей души обрушил огненный меч на драконью голову.
— Что значит, «нет»? — прокричала Натсэ.
Она сделала рывок вперёд, села и ударом кулака сбросила с себя Дракона. Поднялась на ноги. Я подлетел на уровень глаз голема и крикнул:
— Не убивай Мелаирима! Бей Дракона! Если Мелаирим умрёт, Стихию никто не сдержит! Огонь уничтожит весь мир, сожжёт всех простолюдинов, прежде чем мы сумеем его остановить, а может, и Материк в придачу!
Дракон расхохотался и сдвоенным голосом прогремел:
— А ты что-то понял, маленький глупый мальчик!
