Тяжёлый маслянистый барьер рикошетил вокруг неё, отражался от каждой косточки. Энергия была более липкой и более густой, чем в дверях Заклинателя, но Калли чувствовала, как магия приказывает ей проявить себя. В отличие от дверей Заклинателя, здесь Калли не могла просто шагнуть внутрь. Её запястье нагрелось, но не произвело на свет языки пламени. Невидимая слизь плюхнулась ей в лицо и вжалась в ноздри. Какое-то магическое сало будто забивало ей поры и затыкало дыхательные пути. В ней взорвалась паника, но Калли её подавила. Она сосредоточилась на энергии, кружащей в её нутре. Той же энергии, которой она накачала Нейта, чтобы вытащить его душу, только теперь Калли использовала её, чтобы разомкнуть энергию, служившую сторожем. Плесневелый воздух хлынул в её лёгкие, и она не возражала против земляного запаха. Он был насыщенным кислородом и вполне желанным.
Священник повёл их вниз по винтовой лестнице. Она была чёрной, металлической и дрожала под весом трёх взрослых людей. Ни один из мужчин не выказывал признаков беспокойства. Калли решила, что если они и упадут, то хотя бы она приземлится на них. Когда она уже была близка к головокружению из-за тесных углов и продолжительного спуска, они добрались до двери. Крашеный бетон поглощал свет от нескольких промышленных ламп под потолком. Каждая из них защищалась толстым стальным бра. Такое чувство, будто они были шахтёрами, а не магами в подвале церкви. Кто-то установил деревянные панели по обе стороны коридора, но уголки уже обшарпались от старости. Некогда за этим местом присматривали, но Калли не видела признаков того, чтобы в эти дни оно получало много внимания — разве что мусора тут не валялось.
Заклинатель Душ дерьмово заботился обо всём, кроме денег и душ. Ковры, стены, уборка, водопровод, вывеска и другие насущные заботы любого бизнесмена находились в самом низу его списка дел. Должно быть, это место — его рук дело.
Коридор заканчивался округлой комнатой. Ещё больше промышленных ламп огибали внешние края пространства. Всё это больше напоминало переулок в среднем районе, где она забирала души, а не величественный источник душ. Однако в центре этой комнаты содержалась вся сила. Колодец оказался не просто названием. Кладка из чёрных лавовых камней доходила до бедра Калли. Они были гладкими, а раствор между ними — столь хорошего качества, что она едва могла сказать, где начинался один камень и начинался другой. Блестящая золотая филигрань украшала верх кладки, блестящие завитушки обвивали края, отчего все элементы колодца казались какими-то иномирными. Он не мерцал, но сияние каким-то образом доходило до груди Калли. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Она задержала кислород в лёгких, когда тепло пропитало её кости. Хорошее тепло. Не такое же, как волнительное прикосновение Дерека, но близко к этому. В её разуме обосновалось чувство безопасности, определённо, и непоколебимой сосредоточенности. Калли выдохнула и открыла глаза.
Мужчины наблюдали за ней. Заклинатель Душ щеголял в своей свободной пижаме, а священник был одет в хорошо накрахмаленный костюм. У обоих на лицах виднелось напряжённое выражение того, кто всматривается за внешний фасад. Калли видела прежде такое выражение. Заклинатель Душ не единственный, кто мог видеть её душу. Что бы они там ни увидели, ни один из них это не прокомментировал.
Отец Джайлс переключил внимание на колодец.
— Вы видите проблему.
Серый дым в колодце бурлил и колыхался. Хоть Калли и не видела в этом ничего неправильного, она это ощущала. Всего в этом пространстве было слишком. Энергия, лившаяся из колодца, вжималась в стены, впивалась в её лодыжки, приглушала освещение и выматывала её.
— У вас тут много душ решило, что они хотят вернуться в наш мир, — усмешка Заклинателя отразилась от стен. Светильники мигнули в ответ.
Отец Джайлс что-то проворчал, но спорить не стал. Калли не могла понять, то ли это было понимание, то ли тревога. Она же, напротив, переполнилась страхом.
— Что вы имеете в виду? Откуда пришли души? — спросила она.
— Господи! — сказал он. Лицо священника надулось и покраснело, и это лишь заставило Заклинателя Душ зайтись в настоящем приступе смеха. Калли подумала про себя, что может блевануть.
Отец Джайлс выпрямился в полный рост и невозмутимо напомнил Заклинателю:
— Не стоит ошибочно воспринимать наше соглашение, как возможность пренебрегать церковью или совершать богохульные поступки в её стенах.
— С ним никакого веселья, — сказал Заклинатель Калли. — Этот колодец соединяет наш мир и тот свет. Временами между мирами находится слишком много душ, и наша задача — проследить за поддержанием баланса.
— То есть, это души тех, кого уже нет в живых? — ноздри Калли сжались, губы превратились в тонкую линию. Она ещё не ощущала привкуса тошноты во рту, но если это будет продолжаться, в этот раз она не сбежит.
— Или тех, кто ещё не жил. Просто думай о них, как о бесхозных душах.
Никто не говорил о переходном состоянии или чистилище, но эти слова так громко били по черепу Калли изнутри, что даже заглушали её оглушительное сердцебиение.
