Из храма Бет направилась не домой, а в муниципалитет — узнать, как идут дела с регистрацией убежища для гемов. Заикающийся от почтения чиновник, встретивший ее, заверил, что дело движется, но санитарная комиссия не совсем довольна условиями в старой рабочей казарме Кордо.
— Что за чушь! — взвилась Бет. — Если эти помещения подходят для рабочих гемов, почему комиссия их не находит подходящими для гемов на отдыхе?
— П-помещения были найдены подходящими в-восемнадцать лет назад, — развел руками чиновник, — с тех пор там износились к-коммуникации, водопровод и к-каналзация могут быть не совсем надежны…
— Знаете что! — взорвалась Бет. — Я сильно сомневаюсь, что вы так же придирчиво проверяете коммуникации рабочих казарм.
— Вы в своем праве, — поклонился чиновник. — Но законы едины для всех: без решения санитарной комиссии мы не можем открыть приют.
Бет хотела было потребовать встречи с магистратом, но тут же сообразила, что, скорее всего, натолкнется на такую же вежливую ложь. Не нужно терять времени на чинуш.
Она села в машину и велела Галахаду двигаться прямо в императорский дворец.
Идентифицировав личность, ее впустили внутрь без проволочек. Распорядитель сказал, что государь в гимнасиуме, упражняется с тайсёгуном на мечах.
— Значит, они оба здесь, — сказала Бет. — Вот и отлично.
Гимнасиум представлял собой длинный зал с галереей, где вдоль стен стояли разнообразные тренажерные аппараты, а посередине шла фехтовальная дорожка. То, что происходило на этой дорожке, на миг заставило Бет замереть от восторга.
И Рихард, и Керет, обнаженные до пояса, были совершенством каждый в своем роде. Полураздетого дядюшку Бет уже видела, полураздетого Керета еще нет, и сейчас, если бы ей предложили роль Париса, она бы съела яблоко, чтобы не делать выбора. Прекрасны были оба.
Но если включить в шкалу и фехтовальное мастерство, решила она, то яблочко, несомненно, было бы дядюшкино. Керета явно учили лучшие флордсманы Картаго — и школа была
Бет облокотилась о перила и замерла так, любуясь великолепием этого танца. Она могла бы смотреть на это часами, забыв о своем деле — но Керет уже явно начал выбиваться из сил, и дядя воспользовался ее появлением как предлогом закончить схватку.
— Ты вовремя, — дядя поднялся на галерею и поцеловал Бет в щеку. — Ночью я улечу.
— Куда? — изумилась Бет — Зачем?
— Тайсёгун — прежде всего военачальник, — напомнил Керет, поцеловав невесту в другую щеку. — Его ждет Крыло. Перед отлетом сеу Шнайдер зашел ко мне, обсудить кое-какие дела, и застал меня в гимнасиуме. Он подарил мне замечательный поединок.
— Не такой уж и замечательный, — пожал плечам Рихард, в то время как подошедшие гемы растирали обоих бойцов влажными полотенцами, от которых исходили тепло и аромат. — Мое мастерство несколько подзаржавело, государь.
— Даже если так — вы все равно даете мне сто очков форы, — улыбнулся Керет. — Эльза, подожди нас в лазурной гостиной, мы сейчас переоденемся.
В лазурной гостиной им подали легкое вино и натуральные фрукты.
— Ты была в Храме? — как бы невзначай поинтересовался Рихард.
— Да, — и, предупреждая следующий вопрос, Бет добавила: — с Аэшей Ли. Мы говорили об отце.
— Он был великий человек, — Керет склонил голову.
— Да, — согласилась Бет. — Даже более великий, чем я себе представляла. Но сегодня я была не только в Храме. Я была еще и в магистрате.
— Вот как, — прохладно отозвался Рихард. — И что же?
— Они бессовестно тянут время. А гемы продолжают каждый день погибать от жестокого обращения!
— По вине этологического диверсанта, имя которого тебе известно, — хмыкнул Рихард.
— По вине всяких уродов, которым все равно, что кошку замучить, что человека! — Бет привстала в своем кресле.
— Пусть так — но этими уродами движет страх перед возможным восстанием рабов, — бесстрастно ответил Рихард. — Древний, как жизнь, страх за свою шкуру. И этот страх вселил в них Апостол Крыс.
— Кто бы ни был в этом виновен, — в голосе Керета прозвучали уже знакомые Бет жесткие нотки, — мы не повернем время вспять. От жестокого обращения следует защищать даже жвотных. Пожалуй, я дам Роксане Кордо высочайшее разрешение на организацию приюта. Нет, — юный монарх поднял брови. — Я издам высочайший указ о создании таких приютов на каждом из четырех континентов и назначу леди Роксану исполнительницей этого повеления. С соответственными полномочиями. Как вы хотели назвать свое заведение, Эльза?
— Са… Салим, — Бет осознала вдруг, что вторую часть ответа Тейярре выслушала с открытым ртом.
