Халифат стоял на стыке миров, культур, религий. Его населяли десятки непохожих друг на друга народов, оттого в нем не было мира. Даже жестокая и порой деспотичная длань халифа не могла навечно успокоить собственный домен. Из года в год одна народность шла войной на вторую, обнажая сабли и винтовки.
Халифат был полон взрывных и неспокойных настроений, словно пороховая бочка. Власть халифа являлась крышкой бочонка, что держала эту смесь подальше от слабого света лампады или прямых лучей солнца.
Но даже так… Никто не может править вечно, власть одного не способна всегда быть непоколебимой, и даже страх расправы над всей твоей семье не во всех ситуациях способен образумить.
Так, Дарий оказался втянут в кровавый водоворот на севере Халифата. Пограничные территории — ещё более опасные регионы для жизни, ведь к недружественным соседям приплеталась и возможная угроза со стороны Империи.
С этой страной северных варваров, как говаривали его старшие, из десятилетия в десятилетие случались стычки. Прошла эпоха бесконечных войн, которые сменила череда испытывающих друг друга «пробных ударов».
Что Халифат, что Империя ожидали момента слабости со стороны своего соседа, изучали и наблюдали.
А простые жители от этих игр людей с властью страдали.
Отца Дарий никогда. Он погиб в дуэли с воином халифа, что проездом остановился в их деревне и зарубил молодого мужа из-за какого-то пустяка.
На благо его матери и него самого, седовласый староста поселения пригрел их у себя, заботясь о женщине, как о почившей пару лет до этого случая собственной дочери.
Мальчик не любил войну. Но понимал, что иначе не выжить в мире, который он видел перед собой.
Уже в юношестве он участвовал во всяких вылазках в Империю, вслед за своими старшими и воинами Халифата. В этом не было особого толку, но того требовали губернаторы, что брали в партизаны и солдаты всех юнцов в обязательном порядке.
В то же время он встретил Корая и «Скорпионов». Отряд наемников с собственной историей, что тянулась глубоко в древние времена, когда границы Халифата начинались с Пиренейского полуострова и доходили до реки Инд далеко на Востоке.
Мальчик оказался покорен магическим искусством наемников, той аурой, что они источали. Они так походили… на семью в его глазах.
Напротив, воины Халифата казались ему сборищем маньяков и центром всех прегрешений, от которых их отговаривал великий пророк.
Юноша сбежал из дома к «Скорпионам», даже не подозревая, что это будет последний раз, когда он увидит свою мать и старейшину, заменившего ему фигуру отца.
Деревня через три года оказалась разрушена «Гиенами» в ходе ответной вылазке на территорию Халифата.
Забавно, что именно эти «Гиены» бились с ним и «Скорпионами» бок о бок. Общие невзгоды сплочают. Эта истина верная для всех.
Так и сейчас, под тяжестью армады противника они доверились друг другу, хотя пару дней назад едва ли не грызли глотки между собой.
Дарий совершил выпад ятаганом, тем самым, что когда-то орудовал Корай. Кобольд заскулил, точно дворовая шавка, и получил пинком в живот.
Следующим выпадом мужчина лишил жизни монстра и приступил к следующему.
Гжатский от него не отставал, нанося свирепые и точные хлопки хлыстом. Грузило на конце с глухим звоном крошило кости и сбивал с ног не хуже тяжелого молота.
Молодой аристократ, как оказалось, на диво владел данными инструментом, ловко уклоняясь от когтей монстров и не позволяя тем приблизиться на опасную дистанцию.
«А говорил, что ни черта его отец не научил. Или врал или идиот», — прыснул со смеху Дарий и устало перевел взор на свору «собак» перед собой.
Да, именно их кобольды напоминали ему, да и всем прочим.
«Словно в Константинополь вернулся во в обеденное время. Там также стаи уличных псов гоняются в поисках еды», — мелькнула мысль, еще больше рассмешив мужчину.
Как может, оказывается, повернуться жизнь. Он, безродный от рождения, избежал смерти, бросив собственный дом.
Также он спасся от многих невзгод, встав под начало именно Корая. Дарий вырос в званиях, познаниях магии и воинском искусстве. Он поучаствовал не в одном боевом конфликте. Пережил многие потери и невзгоды.
А под конец последовал за своим другом и названым старшим братом в чертову Империю. Где и лишился снова дорогого себе человека.
Но приобрёл нового господина, того, за кем следовало следовать, и за которым, как верил мужчина, лежит его будущее.
Марк Ливен собственноручно прикончил Корая, но Дарий не мог гневаться на того. Они были наемниками, именно «Скорпионы» пришли в дом Ливен и преследовали его.
И их отряд проиграл.
Такова жизнь.
Такова традиция.
Кто-то стоит на вершине, пока остальные вынуждены стоять у ее периферии, склонив головы.
Его старший брат наверняка хотел бы стоять подле того, кто занимает этот трон. И Дарий исполнил его волю, сдавшись на волю победителю.
Именно он давил любые ростки недовольства и возмущения у гордых «Скорпионов». Потому что он хотел верить в том, что не ошибся в своем выборе.
И пока шло время он, как и другие его братья, всё больше убеждались в том, что Дарий был прав.
