– Не нужно, – попытался остановить девушку Клим, но Алечка не обратила на него ни малейшего внимания и продолжила:
– Так вот, то, что блеснуло у меня во рту и так вас заинтересовало, – это всего лишь… клык! Он у меня каждую ночь регулярно после полуночи отрастает, – оскалилась Аля. – А теперь – прочь с дороги, а то сонную артерию прокушу!
Клим непроизвольно вздрогнул, поднялся на ноги и отступил. В эту минуту девушка и вправду была похожа на вампиршу: густая темно-каштановая копна длинных вьющихся волос, белоснежная, почти прозрачная кожа, огромные бездонные глаза, отражающие холодный млечный свет звезд, хрупкая фигурка на фоне кладбищенских крестов… Он смотрел на нее с каким-то необъяснимым ужасом и восхищением и не мог оторвать глаз, ощущая легкий озноб. Пожалуй, мистическую зарисовку портили лишь модные узкие джинсы и светлая коротенькая футболка, которые тем не менее ей невероятно шли. Она уловила лишь страх в выражении его лица и удовлетворенно усмехнулась:
– Ваше счастье, что я совсем недавно перекусила, – довольно сообщила Алечка, сладострастно облизала губы и гордо проследовала к двери.
– Что же, в благодарность за возврат шляпы вы даже кофейком меня не угостите? – насмешливо спросил Клим, глядя ей в спину.
– В другой раз: когда проголодаюсь – милости прошу, – отчеканила Алевтина и захлопнула перед носом Клима дверь.
«Какой же все-таки гад», – неуверенно подумала Алевтина, стоя в полумраке прихожей и настороженно прислушиваясь. Руки у нее мелко дрожали, колени тряслись, а сердце… Сердце явно вело себя неадекватно: оно… оно… провалилось куда-то вниз живота. Что это с ней? Ушел он или нет? Зачем он вообще приходил? Ах, да… шляпа. Кретинская шляпа! Аля покрутила ее в руках и швырнула на пол – в данную минуту она ненавидела эту вещь больше всего на свете. От шляпки что-то отскочило, Аля нагнулась, пошарила по полу рукой и нащупала плотную бумажку, скрученную в трубочку – это была купюра достоинством в сто долларов.
За дверью скрипнули ступеньки крыльца, Алечка вздрогнула, и сердце с глухим стуком вернулось на место. «Ушел», – со странным чувством облегчения и досады подумала Алечка и бросилась в спальню. Она рухнула в постель, зарылась с головой в подушки и одеяло… и горько расплакалась. Ей хотелось, чтобы поскорее вернулись тетушка и Сан Саныч. Ей хотелось, чтобы они ее пожалели и успокоили, объяснили бы ей, непутевой, как жить дальше. Удивляло, что тетушка ни разу не позвонила ей и не справилась, как у нее дела. «Как она могла так поступить?! – рыдала Алечка. – Бросила на произвол судьбы, да еще и гробами торговать заставила! Теперь, помимо убийцы, невменяемые заказчики нервы портят! Супруги Полушкины бутылками по голове дубасят, а потом своей заботой изводят. Так ведь и на самом деле можно сойти с ума и действительно руки на себя наложить!»
– Эх, тетя-тетя, на кого же ты меня оставила! – завыла Алечка во всю глотку и вдруг резко умолкла – в гостиной зазвонил телефон. – Тетечка! – радостно воскликнула Алевтина, соскочила с кровати и понеслась в другую комнату. Но она ошиблась.
– Алевтина Сорокина? – поинтересовался абонент. Голос был женский, молодой и незнакомый.
– Да, а… кто это? – тихо отозвалась Алечка.
– Это близкая знакомая продюсера Зеленцова вас беспокоит. Он просил вам передать, что сценарий почти готов и скоро вы сможете с ним ознакомиться.
– Я очень рада, – буркнула Аля, – но позвольте уточнить, почему любезный Артур Андреевич сам мне не позвонил?
– Алевтина Ивановна, – упрекнул голос, – как же он может вам позвонить после той ужасной трагедии на «Бабушкинской»? Но хочу вас порадовать: живет он теперь совсем близко от вас, напротив вашего дома, и жаждет встречи с вами, которая, надеюсь, вскоре состоится. Спокойной ночи, Алевтина Ивановна… – Короткие гудки мгновенно прервали судорожные всхлипы и вопли, мощным потоком так и рванувшиеся было из Алечкиной груди. Алевтина деревянной рукой положила трубку на рычаг, зачем-то откашлялась, на цыпочках подошла к окну и отодвинула занавеску, обозревая окрестности. Что-то ей подсказывало, что сейчас она в очередной раз увидит театральное представление, где в главной роли будет выступать бордовый халат Зеленцова, напяленный на неизвестного субъекта, напоминающего убиенного продюсера. Главное – спокойствие!
