Я его перебила:
– Сейчас это не важно, я как-нибудь выпутаюсь. Какие у тебя новости?
Арсений занялся выяснением того, кто устанавливал тайный сейф. Начал с просмотра различных счетов, оплаченных клубом, но пока ничего не нашел. Впрочем, у него есть еще кое-какие мысли на этот счет. Я не стала выяснять подробности. Пустой сейф меня не интересовал. Поначалу я собиралась сообщить ему о своих открытиях, но потом передумала – сначала нужно все проверить. Прежде всего, связалась с нашей «внештатной сотрудницей» Наташей и попросила установить все, что возможно, о Терехове и Иванове.
В девять часов позвонила Максу с секретного мобильника, что он, конечно же, сразу отметил, и сказала, что мой телефон вышел из строя, так что пока буду пользоваться этим. Собираюсь на несколько дней поехать к маме, никаких новостей в расследовании не предвидится, так что пусть спокойно лечится и отдыхает, и каждый день звонить совсем не обязательно.
– У тебя что-то случилось? – насторожился он.
Я сказала, что очень устала и мне просто необходимо отдохнуть от всего и от всех.
– И от меня?
– От всех.
Тогда он сказал, что все понимает и больше ни за что не позволит мне заниматься оперативной работой, однако больше двух дней без общения со мной не выдержит, так что я должна быть готова к его звонку. А было бы еще лучше, если бы я ему сама названивала по несколько раз в день.
– Не дождешься, – сказала я и хотела отключиться, когда он произнес всего одну фразу:
– Нина, я скучаю по тебе.
Мое сердце ненадолго взбрыкнуло, но потом успокоилось.
– Пока, Макс, – бросила я и отключилась.
К одиннадцати утра разочарование от неудачи не только не исчезло, но даже усилилось, известий от Наташи не было, а новых мыслей о дальнейшем ходе расследования не появилось. Волей-неволей пришлось признать, что мое затворничество никакого смысла больше не имеет. Однако возвращаться в свою квартиру я считала преждевременным, так что решила поехать к маме и пожить там до возвращения Макса, а потом навсегда распрощаться с детективной деятельностью. Сказано – сделано. Через минуту я уже звонила маме и едва успела с ней поздороваться, как она меня перебила:
– У тебя все в порядке? Вчера твой знакомый приезжал, спрашивал, куда ты уехала, а то он не мог до тебя дозвониться.
– Какой знакомый? – изумилась я. – Он представился?
– Конечно. Арсений Орлов.
Но ведь никаких сообщений от него не было! И зачем ему меня искать, когда он знал, где я нахожусь? Что-то тут не так. Это наверняка не он. Чувствуя, как по телу пробегает дрожь, я спросила, как выглядел этот Арсений.
– Можно подумать, что у тебя десятки знакомых Арсениев, – пробурчала мама. – Выглядел он обыкновенно – невысокий, крепкий, темные волосы, скуластое лицо. Что еще тебя интересует?
– Больше ничего, – сдерживая дрожь в голосе, сказала я. – Просто странно, что он до тебя добрался, я ему твоего адреса не давала. Что ты ему сказала?
Мама сказала, что я уехала в Москву по делам и вернусь через несколько дней. Все это было и странно, и тревожно. Почему они не продолжили следить возле конторы и моей квартиры, а сунулись к маме? Я поняла, что моя поездка к ней откладывается до выяснения обстоятельств, и хотела попенять ей на излишнюю доверчивость, но она опередила меня с претензиями. Оказывается, после ухода лже-Арсения она пыталась мне дозвониться и все рассказать, но не смогла и, если бы я сама не объявилась, то она обратилась бы в милицию и заявила о моем исчезновении. Я попросила этого не делать и назвала ей номер секретного мобильника, но попросила звонить по нему только в случае крайней необходимости и никому его не называть.
– Ты прямо, как подросток, – проворчала мама, – всё в игрушки играешь, а пора бы уже задуматься о будущем. А где ты на самом деле, в Москве?
– Конечно же, в Москве, – сказала я, – кстати, и насчет будущего задумалась, так что скоро в моей жизни произойдут изменения.
– Ты кого-то встретила? – встрепенулась она.
– Нет, просто собираюсь сменить работу.
После разговора с мамой мне стало совсем тревожно. Почему сыщики ведут себя так нагло? Один у конторы «засветился», второй к маме отправился.
Бегство к маме или еще куда-то не решит моих проблем и сами по себе они тоже не решатся, так что придется действовать самой. Но это в последний раз! Можно, конечно, дождаться возвращения Макса и свалить все проблемы на него, но мне не хотелось этого делать по многим причинам, и опасение за его здоровье лишь одна из них. Наверняка слежку за мной устроил Григорьев. Что им движет? Он весьма экспансивно заявил, что я
