…Гигантская страна, приобщая к духовной жизни огромное большинство населения, находившееся до того в самой дикой стране Европы в немыслимом невежестве, подняла на поверхность громадную массу скрытых талантов. Необычайно возрос интерес к саморазвитию. Жажда чтения у советских людей с трудом поддаётся вообще представлению. Газеты, журналы, книги — всё сметается с прилавков и проглатывается, не утоляя этой жажды. Книги печатаются в тиражах, цифра которых заставляет заграничных издателей широко раскрывать рот. Тираж сочинений Пушкина к 1936 году превысил тридцать один миллион экземпляров. Тиражи, если они даже достигают 50 000 или 100 000 экземпляров, расхватываются в несколько часов. Новое издание сочинений Канта, выпущенное тиражом в 100 000 экземпляров, было немедленно расхватано. Тезисы умерших философов вызывают вокруг себя такие же дебаты, как и любая актуальная хозяйственная проблема. Об исторической личности спорят, как если бы речь шла о качествах вот сейчас работающего Народного Комиссара…

(Читатель! Попытайтесь вспомнить, какую картину жизни вам рисуют киношники и правые лжецы СМИ. Вам вбивают в голову, что предвоенная жизнь проходила под гнётом постоянного, ежеминутного страха за свою жизнь, так как безпросветный и удушающий террор, которым, как смогом, покрыл страну страшный инфернальный тиран, не давал возможности полноценно существовать. По улицам мрачно и с рёвом проносились машины палачей — энкэ-вэдэшников, народ мрачной и сумрачной толпой постоянно идёт по грязным и мрачным улицам на безконечную и угнетающую грязную и мрачную работу. Периодически по улицам проносились группы из страшных ублюдков уголовников, за которыми с матом и гиком гнались такие же мрачные и страшные ублюдки муровцы, дебильные садисты и вымогатели.

Так вот, ежели бы кто из мусоров ударил тогда кого по фэйсу, то такой был бы печатно и всенародно устно известен как монстр и социаьный урод. Моему отцу жаловался его знакомый участковый, с которым они поддавали, что, дескать, тащишь какого ханыгу или «бича», а он тебя и матом, и в харю. А ты не моги и проявляй служебную выдержку. — А.К.)

О демократии. …Разница между обычными конституциями демократических стран и Конституцией Советского Союза состоит в том, что хотя в других конституциях и объявлено о правах и свободах граждан, но средства при помощи которых могли бы быть осуществлены эти права и свободы не указаны, в то время как в Конституции СССР перечислены даже факты, являющиеся предпосылками подлинной демократии. Ведь без определённой экономической независимости невозможно свободное формирование мнения, а страх перед безработицей и нищей старостью и боязнь за будущность детей являются злейшими противниками свободы.

Классовое равенство — права критики. На сегодняшний день основным принципом безклассового общества, который осуществлён в СССР, является то, что каждый с момента своего рождения имеет одинаковую возможность получить образование и выбрать профессию. И следовательно, у каждого есть уверенность в том, что он найдёт себе применение со своими способностями. То, что этот принцип осуществлен в СССР, не оспаривают даже непримиримые противники СССР.

Вот поэтому я нигде не видел в Москве и России раболепства. Слово «товарищ» — не пустое слово, товарищ крепёжник, поднявшийся из шахты метро, действительно чувствует себя товарищем Народному Комиссару.

Большевистская самокритика. Это не пустые слова. В газетах встречаются ожесточённейшие нападки на безчисленные действительные или предполагаемые недостатки и на руководящих лиц, которые несут (или возможно несут) ответственность. Я с удивлением слушал, как яростно критикуют на производственных собраниях руководителей предприятий, и с недоумением рассматривал стенные газеты, в которых прямо-таки зверски ругали или представляли в карикатурах директоров и ответственных лиц. И чужому человеку, не работающему в данном учреждении, не препятствуют высказывать своё мнение.

Я уже упоминал о том, что советские газеты не подвергали цензуре мои статьи, даже если я в них и высказывал осуждение, направленное на нетерпимость в некоторых областях жизни, например на чрезмерный культ Сталина, или требовал большей ясности в ведении политических процессов. Более того, газеты заботились о том, чтобы с максимальной точностью передать все мои оттенки отрицательного отношения.

И ещё раз вернусь к возросшему уровню культуры простого народа СССР. К примеру, молодая студентка высшего технического училища (МВТУ. — А.К.), которая несколько лет назад была фабричной работницей, говорит мне: «Несколько лет тому назад я не смогла бы правильно написать даже русскую фразу, а теперь я могу дискутировать с вами на немецком языке об организации автомобильной фабрики в Америке». Или когда девушка из деревни с радостью докладывает собранию: «Четыре года тому назад я не умела ни читать, ни писать, а сегодня я беседую по-немецки с Фейхтвангером о его книгах»…

* * *
Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги