Далее. В 1972 г. в Москве был организован т. н. «семинар по физике», который собирался на квартире у Александра Воронеля. Он хотел придать семинару статус международного, были разосланы приглашения по всему миру. «“Большой семинар” был назначен на 1–5 июля 1974 года (То есть семинар функционировал уже два года и его никто не закрывал! Куда же смотрел КГБ?? –
В декабре 1976 года в Москве прошёл семинар на тему «Еврейская культура в СССР: состояние, перспективы». На нём присутствовало 50 человек, в том числе Сахаров и иностранные корреспонденты [228; с. 119]. Понятно, что «изучение физики» и «культура» – это только предлоги для сбора сионистских активистов для обсуждения методов борьбы.
Центрами сионистской деятельности стали синагоги. В 1970-х годах участники сионистского движения собирались в них каждую субботу. Там узнавали новости: кто получил разрешение на выезд; кому отказали; кто что делает; договаривались о совместных акциях протеста; встречались с иностранными корреспондентами [228; с. 120].
В 1981 г. московские сионисты и отказники отметили загородным гулянием День независимости Израиля [228; с. 128]. В 1979 г. активисты создали в Новосибирске «Общество дружбы с Израилем» [228; с. 129]. В 1975 г. сионисты создали журнал «Тарбут» («Культура»), инициаторами которого были В. Браимовский, В. Файн, В. Престин, Ф. Дектор, М. Абель. Журнал проводил семинары по изучению сионизма и иврита по всей стране [228; с. 126].
Постоянно отмечались еврейские праздники, создавались еврейские детские сады [228; с. 126]. Риторический вопрос: куда смотрел КГБ, а конкретно – 5-е управление во главе с Филиппом Бобковым? [Для справки. В 1992 г. Бобков стал начальником Службы безопасности «Мост-банка» Владимира Гусинского. Который был президентом РЕКа, а ранее – агентом КГБ по кличке «Денис». Так кто был чей агент?] Бобков писал, что КГБ «внимательно следит за происходящими в среде советской интеллигенции и молодёжи негативными процессами» [375; с. 144]. И вот результат его «слежения»: летом 1970 года первый секретарь ЦК КП Украины И. Шелест сообщал в Москву, что в Киеве, Харькове, Одессе, Днепропетровске, Донецке, Львове, Черновцах существуют и активно функционируют сионистские группы, тесно связанные не только между собой, но и с аналогичными группами по всей стране [375; с. 145].
В Предисловии к своей книге Л. Алексеева пишет об источниках фактов, приведённых в книге. Список источников говорит сам за себя.
Например, карточки на диссидентов ей были предоставлены архивом радио «Свобода» [228; с. 6], которое финансируется Конгрессом США и контролируется ЦРУ. Материалы так же были предоставлены издательством «Хроника» в Нью-Йорке. В этих же архивах она ознакомилась с самиздатом, который был издан за рубежом для распространения в СССР [228; с. 5]. Да и сама книга впервые была издана в 1984 г. в Нью-Йорке, за неё она получила грант Госдепартамента [228; с. 5].
Значит, список диссидентов был в ЦРУ. И, заодно, в КГБ.
Л. Алексеева сотрудничала – но не с ЦРУ, а её дочерней организацией, «Международной амнистией». Существуют телеграммы, направленные посольством США в Москве в Госдепартамент, в которых Алексееву называют «Людой».
Из телеграммы посольства США от 18 октября 1976 года: «Конфиденциально. О планах по расширению деятельности советского отделения “Amnesty International”. Некоторые члены московского отделения “Amnesty International” сообщили нам на днях, что намерены открыть второе отделение в СССР – в Киеве… Московские диссиденты, имеющие гораздо более широкие контакты с Западом, будут оказывать патронаж и поддержку киевскому отделению.
Люда Алексеева, член московского отделения, объяснила, что открытие второго отделения в Советском Союзе имеет символическое значение в нескольких смыслах. Во-первых, обширное, но до сих пор не рекламируемое, украинское диссидентское движение давно заслуживало признания.
Во-вторых, члены “Amnesty International” почувствуют, что их шансы на выживание увеличиваются, если советские власти увидят, что сталкиваются с сопротивлением и в других местах, а не только в Москве. Она также сообщила, что создание киевского отделения важно и потому, что является единственным свидетельством того, что диссидентское движение не чахнет, хотя в действительности в последнее время оно проявляет меньшую активность. Но она также признала, что киевское отделение вряд ли сможет внести существенный вклад в это движение…» [ «Комсомольская правда», 9 апреля 2013 года]. Я никогда не поверю, что советские «органы» не знали содержания этих телеграмм.
В деле подбора кадров на будущее сыграли большую роль летние школы в Кяэрику и в Тарту (Эстония) в 60-70-х годах; в Тарту постоянно функционировали научные семинары по семиотике, куда «съезжалась советская еврейская гуманитарная элита»[15].
