Миф о «застое» полностью

– Перевели на лёгкий труд?

– Не скажите. Во всех справочниках указывался только один номер телефона ЦК – дежурного УД. Так что звонили все и по любым поводам. И каждого нужно было выслушать и помочь или посоветовать, куда обратиться. Адская работа. Зато всё узнал, и меня узнали во всех городских и цековских службах. А потом меня назначили секретарём управляющего делами ЦК Валентина Васильевича Пивоварова. Работать с ним было непросто. У него были дефекты речи. Выйдет из кабинета, что-то скажет, а я ничего понять не могу. А он страшно обижался, когда кто-нибудь переспрашивал». Далее – большой рассказ о Брежневе и порядках в Кремле. То есть Дебилов, много рассказавший нам о высшем руководстве – не сказал о себе ничего предметного – откуда родом, какая семья и пр., кроме классической советской легенды «деревенский-семилетка-трактор-армия». (После 17-го он бы добавил что-то типа: крестьянин, из бедняков). Вспоминаешь о лондонской старости отдельных ставропольских комбайнёров. А секретарём Дебилов был больше 20 лет.

Итак, человек из деревни попадает сразу в кремлёвский полк, потом идёт копать канализацию. Его копательную работу оценили и тут же из чернорабочих перевели в ЦК, а несколько позже – назначили секретарём первого лица государства! Станиславский бы сказал: «Не верю!»

Но оставим сказки. Обращают на себя внимание слова, явно произнесённые Дебиловым необдуманно: «Мы же ребята крепкие, до седьмого колена проверенные». Это кто же «проверял» деревенского парня? И что значит «мы»? Видимо, под «мы» он имеет в виду всех секретарей Брежнева.

Вот и ещё один – Блатов Анатолий Иванович. В Википедии написано: «(настоящая фамилия Иванов; 1914–1988) – советский партийный деятель, дипломат». Почему Иванов стал Блатовым – ни слова. И – тоже странности. Если тот был «деревенским», то этот родился в Москве, но окончил Днепропетровский институт инженеров железнодорожного транспорта (1940) и Высшую партшколу при ЦК ВКП(б) (1945). Как правило, с Украины едут учиться в Москву, но не наоборот…

И вот выпускника ВПШ инженера-железнодорожника назначают не в какое-нибудь железнодорожное ведомство, а… в центральный аппарат НКИД (МИД) СССР (1945-47). Затем он преподаватель МГИМО (1947-48). Что он преподавал? Далее: 1948-49 гг. – сотрудник Совинформбюро; 1949-53 гг. – сотрудник аппарата политического советника Советской контрольной комиссии в Германии; 1953-54 гг. – сотрудник аппарата Верховного комиссара СССР в Германии; 1954-55 гг. – советник посольства СССР в ГДР; 1955-68 гг. – снова в МИДе; 1968-72 гг. – заместитель заведующего отделом ЦК. И в течение 10 лет (1972-82) – помощник Генерального секретаря ЦК КПСС Л. Брежнева.

До конца февраля 85-го – помощник следующих Генсеков.

С 26 февраля 1985 по 1 октября 1988 года – чрезвычайный и полномочный посол СССР в Нидерландах.

Или – Генрих (Георгий) Эммануилович Цуканов (1919–2001). Был помощником Брежнева в 1958-82 годах, его называли «серым кардиналом» (считается, что так называли Суслова, но, как видим, это специальная дезинформация). Он родился в Киеве, окончил Днепродзержинский металлургический институт в 1941 году. Стал главным инженером металлургического завода имени Дзержинского в Днепропетровске.

В аппарате ЦК КПСС – с 1958 года. Член ЦРК в 1966-71 годах. Член ЦК в 1971-86 годах.

В 1983-85 гг. – первый заместитель заведующего Отделом ЦК по работе с заграничными кадрами. В первую очередь занимался вопросами экономики и промышленности.

И, конечно, Андрей Михайлович Александров-Агентов. Очень странная фамилия. Подробно о нём – в главе 6, в разделе «Советники Андропова».

Были другие секретари – но они, судя по их роли, были обычными дежурными (кроме Черненко).

Что мы видим? Агентов и Блатов – с немалым заграничным опытом. Цуканов – просто пустота в биографии до 1958 года. Дебилова вообще нет в Википедии. Человек со странной фамилией вдруг вылезает из небытия в 2006-м, что-то красочно рассказывает о буднях Брежнева, скрывая малейшие данные о себе, и потом исчезает навеки.

Подведём итоги. Как уже говорилось, в «малом октябре» 64-го Рокфеллер сменил своего управляющего и поставил Брежнева и Косыгина, зять которого – масон и член Римского клуба (см. далее).

Понятно, что за сворой номенклатурных воров должен был кто-то присматривать, чтобы «вожди» после охоты и баньки по пьяни не наговорили чего-нибудь… Поэтому, чтобы избежать неожиданностей исполнителей, при Брежневе постоянно должны были находиться «посвященные». Александров-Агентов, по-видимому, контролировал внешнюю политику. Но, как говорил Ильич 1-й, «это хорошо, но мало». Поэтому появился «проверенный» Дебилов – личный секретарь Брежнева. Любой человек, любой документ, любая справка, телеграмма, аналитическая записка прежде, чем попасть к Брежневу, попадали сначала к Дебилову. И он уже определял, что положить в папку «на подпись», а что – выкинуть. Мы не знаем, кто был тот человек, который решал о чём следуем знать правителю СССР, а о чем не следует.