Меж таёжных троп золотой бороздойНабирала осень сырая разбег.Умирал старатель, ещё молодой,У седого егеря в старой избе.А в окно стучался осиновый прут,И твердил больной старику в эти дни:«Как последний лист ветры с ветки сорвут,Так придёт пора и меня хоронить».Ах, как октябрь был смолист!Как ночью бил мороз в стекло!А в нём дрожал последний лист —Остаток жизни, грусти клок.Вот уже и первых снегов крошит мелТусклый сумрак, что от ненастья промок,А покров осины быстрее редел,Но ещё держался последний листок.До костей старатель той ночью промёрзИ услышал голос сквозь снов пелену:«Вот тебе похлёбка, да клюквенный морс.Я пойду до станции, утром вернусь».Так прошло три дня – листьям всем в октябре бОблететь от вьюг, взявших к северу румб,Но последний жил, и старатель окреп,Только вот старик не вернулся в свой сруб.Надо отыскать, проследить каждый шаг,И старатель вышел на ветер лесной.Под осиной егерь лежал, не дыша,
Сжав в руке бумаги промокшей листок.
<p>Попутчик</p>Под последний вьюг оркестр,ВойВыпал в этот раз отъездМой.Суетился, как паяцМарт.Вот и тронулся в путь плац —карт.Душу греет не вино —Спирт,Весь вагон уже давноСпит.Думал я, что обречёнСпать,Но попутчик-старичокСпас:«Я ведь тоже был силён,Смел.Нынче над моим селом —Смерть.Презирал я, ты пойми,Страх,Исцелял настоямиТрав.Но однажды в листопад,В хмарьДвое крепеньких ребятВ гарьТу избу, что век стоитТам:«Будет здесь теперь, старик,Храм!».Я тогда двустволкоюИх-т…И плутал в густом краюПихт.Ну, да бог их им воздаст!Я жВосемь лет по поездам —Стаж!».…За окном над травамиЛёдБрызгами кровавымиЛёг.Дед умолк, а я пероВзяв,Будто сам в лесу сыромЗяб…<p>Сезон охоты</p>
