Я рассказал ей о своих встречах с Луанной. Излагать я старался беспристрастно и только факты, но даже сам чувствовал, что мой чересчур взволнованный тон меня выдавал.
После того как я закончил, Тананда несколько минут сидела молча, обхватив руками ноги и положив подбородок на колени.
— Ну, — проговорила наконец она, — судя по твоим словам, она самое большее — соучастница. Пожалуй, мы сможем отпустить ее, когда загребем их всех.
— Разумеется.
Я произнес это ровным тоном. И Тананда, и я знали, что коль скоро Ааза занесет, то невозможно сказать, насколько милостивым или злобным он окажется.
— Ну, всегда есть шанс, — вздохнула она. — Когда речь идет о тебе, Ааз всегда делается податлив. Если ты вступишься за нее и если она согласится бросить своих партнеров…
— …и если бы у стола были крылья, мы могли бы улететь обратно на Базар, — нахмурился я. — Нет, Тананда. Прежде всего она не покинет своих партнеров просто потому, что те в опасности. Уж это-то я знаю. Кроме того, если я окажу на нее такое давление, предоставив выбирать между мной и ими, то никогда не буду знать наверняка, действительно ли ей нужен был я или она просто пыталась спасти себя.
Тананда поднялась на ноги.
— Не становись настолько мудрым, чтобы говорить подобные глупости, Скив, — мягко сказала она, прежде чем уйти. — Вспомни, Луанна уже дважды выбрала тебя, а не своих партнеров. В обоих случаях она рисковала своей жизнью и их спасением, чтобы предупредить тебя. Возможно, она только и ждет того, чего ты ей еще не дал, — приглашения к новой жизни с новым партнером. Не будь таким гордым или нерешительным — неужели ты уступишь искреннюю свою поклонницу этим волкам, боясь ошибки? Если ты это сделаешь, то перестанешь мне нравиться… да и себе, думаю, тоже.
После того как Тананда удалилась, я поразмыслил над ее советом. Существовало одно осложнение, о котором у меня не хватило духу упомянуть. Какие бы чувства ни испытывала ко мне Луанна, как-то еще они изменятся, когда она узнает, что я использовал ее шарфик… ее знак приязни для наведения на цель стаи охотников?
— Да где же он? — пробурчал Ааз в сотый раз… за последние пять минут.
Солнце уже давно взошло или по крайней мере настолько взошло, насколько оно вообще способно было подняться в этом измерении. С момента своего прибытия на Лимбо я никогда не видел того, что привык считать настоящим солнечным светом. Я так до конца и не понял, была ли вызвана эта явно преобладавшая днем сильная облачность действием магии или какими-то странными метеоусловиями, но она никак не скрашивала мрачную атмосферу, окутавшую город Блут.
Всей нашей команде не терпелось пуститься в путь, но только Ааз позволял себе выражать свои чувства так часто… и так громко. Конечно, он так много жаловался, возможно, потому, что прочие молчаливо оставляли за ним право шуметь за всех и предпочитали не видеть, как их собственные усилия постоянно отходят на задний план.
— Да не волнуйся ты, партнер, — успокоил его я, стараясь сдерживаться и не сказать ему какой-нибудь резкости из-за собственного нервного нетерпения. — Не так уж много магазинов работает в этом измерении круглые сутки.
— А чего еще ожидать, имея дело с компанией вампиров, — отрезал он. — И все-таки мне не нравится эта затея. Немагические личины кажутся какими-то неестественными.
Я тихо вздохнул про себя, откинулся на спинку кресла и приготовился ждать, забравшись с ногами на сиденье. Спор наш начался еще до того, как Вильгельм отправился за покупками, и я устал вновь и вновь повторять пройденное.
— Будь благоразумным, Ааз, — сменила меня на вахте Тананда. — Ты же знаешь, что мы не можем бродить по улицам в таком виде… особенно ты, ведь тебя ищет половина города. Нам нужны личины, а без приличного источника энергии Скив не может справиться с личинами для нас всех. Кроме того, мы ведь не будем пользоваться механической магией. Мы вообще не будем прибегать к магии.
— Именно это мне все и твердят, — проворчал мой партнер. — Мы просто изменим свою внешность, не прибегая к чарам. На мой взгляд, это кажется похожим на механическую магию. Вы понимаете, что случится с нашей репутацией, если слух об этом дойдет до Базара? Особенно когда большинство конкурентов ищет возможность полить грязью имя Великого Скива? Вспомните, мы уже получаем жалобы, что цены у нас слишком высоки, и если всплывет это дело…
Теперь все стало ясно. Я понял наконец, что грызло Ааза. Мне следовало бы догадаться, что в основе этого беспокойства лежат деньги.
— Но, Ааз, — вмешался я. — Наши гонорары и
— …а я тебе не один месяц отвечаю, что это — единственный способ не давать всякой шушере отнимать у тебя время, необходимое для тренировок, — сердито огрызнулся он. — Помни, тебя вроде бы зовут Великий Скив, а не Красный Крест. Ты не занимаешься благотворительностью.
