— Вы остановились на том месте, когда граф Жвачник и ваш народ пришли к соглашению о том, что на бо́льшую часть месяца вампиры станут превращаться в коров, — напомнил Ааз и поинтересовался: — Как этого удалось добиться?
— Вообще-то это сделал я, — ответил Харольд.
— Каким образом? — спросил Ааз, опередив меня на долю секунды.
— Потому что я нашел выход, понял, как улучшить положение моего народа и изменить наш мир в лучшую сторону.
— В таком случае вернемся к истокам, — сказала Танда. — Поведайте нам, как вы пришли к этому пониманию.
— Я познакомился с путешественницей по измерениям по имени Лейла. Когда она здесь появилась, я владел небольшим рестораном и баром неподалеку от за́мка. Лейла зашла в мое заведение, мы разговорились, она рассказала о жизни в других измерениях и предложила мне стать ее учеником. Ей казалось, что я обладаю очень высоким магическим потенциалом.
Я бросил взгляд на Ааза, но тот не обратил на меня внимания. Ааз ни разу не говорил, что я вообще обладаю каким-нибудь потенциалом, а я не осмеливался его спросить. Если бы я попробовал это сделать, то он сказал бы «нет» и рассмеялся бы мне в лицо. Или просто рассмеялся бы, ничего не сказав.
— Лейла взяла меня в путешествие по измерениям. Она познакомила меня с сотнями различных мест, обучила началам магии… и пала от рук убийцы.
По глазам Харольда я видел, что гибель Лейлы до сих пор причиняет ему душевную боль, хотя это печальное событие, насколько я понимаю, произошло много-много лет назад. Наверное, он ее очень любил.
— После того как ее не стало, я при помощи И-Скакуна вернулся сюда. Магический экран вокруг за́мка был очень прочен, и ни я, ни другие люди, ни вампиры Жвачника не могли в него проникнуть. Но поскольку я уже был немного знаком с магией, мне удалось снять защиту.
— Неполные знания могут нести с собой серьезную опасность, — заметил Ааз, глядя на меня.
Настала моя очередь не обращать на него внимания.
— Несомненно, — согласился Харольд и продолжил: — Я обосновался в этом помещении, обнаружил комнату, в которой вы провели ночь, и начал выяснять, что произошло с людьми. И чем больше я читал, тем более приходил к убеждению, что моя жизненная миссия состоит в спасении человечества и полном уничтожении вампиров.
— Иными словами, — вмешалась Танда, — вы снова развязали войну.
— Строго говоря, именно это я и сделал, — ответил Харольд.
— Ну и что же случилось? Почему вы не преуспели в своих благородных начинаниях? — поинтересовался Ааз.
— Потому что вернулся граф Жвачник.
— Что?! — изумился я. — Как?! Ведь ему к этому времени было много тысяч лет от роду.
— Да, это так, — ответил Харольд.
— Когда ты наконец поймешь, мой туповатый ученик, что могущественные вампиры, так же как и могущественные маги, живут много тысячелетий? — сурово глядя на меня, спросил Ааз.
— Ладно-ладно, — сказал я. — Продолжайте рассказ.
— По правде говоря, я в то время тоже не подозревал, что граф Жвачник еще жив, — сказал Харольд. — Поскольку я освободился от действия заклятия, не позволяющего выступать против коров, я начал собирать силы сопротивления. В конце концов мне удалось сколотить отряд, я снял с них заклятие, и мы приступили к планированию военных действий. Когда численность отряда достигла пятидесяти человек и мы все обучились кавалерийскому делу, начался отлов коров и их истребление.
Мы все промолчали, а Харольд продолжил:
— Битва велась успешно, мое войско возрастало, и все больше коров-вампиров гибло от наших рук. С каждым принесенным в за́мок черепом убитой коровы мы становились все сильнее и сильнее. Это было прекрасное время.
Последние слова были произнесены таким тоном, что Харольд сразу показался мне старцем, вспоминающим давно ушедшие молодые годы.
— И когда же появился граф Жвачник?
— Примерно через пять месяцев после начала военной кампании. Он явился сюда в сопровождении своих самых могущественных вампиров-подручных, и нелюди практически без боя уничтожили все мое войско.
— Держу пари, что вы догадались воздвигнуть вокруг своих воинов защитный экран, — сказал Ааз.
— Да, я сделал это, — ответил Харольд. — Я был так уверен в надежности защиты, что даже не выставил часовых.
— Думаю, это бы вам не помогло, — молвил Ааз.
Танда понимающе кивнула, а я так и не понял, что они этим хотели сказать.
— Граф Жвачник, само собой разумеется, пребывал в ярости. Он заключил меня в этом помещении и наложил на меня заклятие. С тех пор каждый месяц в полнолуние, когда он и его вампиры питаются людьми, я превращаюсь в корову и щиплю траву.
— И когда же это началось? — участливо спросил я.
— Точно не знаю, — ответил Харольд, — у меня не было никакого желания следить за временем.
— И с тех пор Жвачник и его вампиры убивают людей? — поинтересовался Ааз.
— Строго говоря, нет, — ответил Харольд. — Убийства начались несколько лет назад, после того, как Жвачник погиб от руки своего главного подручного по имени Убальд.
— И этот Убальд отказался поддерживать демографический баланс? — спросила Танда.
