— Пойдемте дальше, — сказала Эскина, вскакивая с кресла, закончив свой небольшой обед, предоставленный ей владельцем паба «Веселый дракон», располагавшегося на углу напротив громадного музыкального универмага «Музыка троллей», торговавшего крошечными шкатулками, которые играли десятки и даже сотни различных мелодий. Я еще не успел закончить пятый бокал пива, но был рад поскорее убраться от шума, несшегося в открытую дверь бара. Из-за чудовищной какофонии, которую создавало множество разнообразных звуков, я потерял всякий аппетит. Кроме того, я уже успел проглотить кусок ветчины, омлет из десятка яиц и половину консервированного ананаса.
— Как я погляжу, вы не любите засиживаться, — заметил я, когда мы вышли из паба. Его владелец пообещал сразу же сообщить нам, если там появится кто-то похожий на Скива. — Должно быть, это новое дело вас очень увлекает.
— Отнюдь, — возразила мне Эскина. — Я работаю над ним уже пять лет. Мы в Ратиславии весьма — как бы точнее выразиться — последовательны и настойчивы. — Она широко улыбнулась, демонстрируя маленькие острые клыки. — Я преследую Раттилу и буду идти по его следу, пока не добьюсь его ареста и пока он не предстанет перед ратиславским правосудием. Я уже испробовала и отвергла множество самых разных ходов, но теперь, как мне кажется, я на правильном пути и обязательно добьюсь своего. Мысль об этом дает мне силы.
— М-м-мф-ф… — скептически пробурчал Парваттани.
Впрочем, что бы он там ни думал, большинство обитателей Пассажа были на стороне его соперницы.
— Любой друг Эскины — мой друг, — звучало повсюду.
И мы слышали десятки историй о том, как мерзкие оборотни обирают владельцев магазинов. Если бы подобные события произошли на Базаре, Ассоциация Купцов мгновенно выследила бы воров и их хозяев без здешнего абсурдного пятилетнего промедления.
— Существуют определенные обязательные процедуры, — возразил мне Парваттани, когда мы выходили еще из одной лавки.
— Ответьте мне прямо, — обратился я к нему, — если бы вы сами выяснили, что в вашем Пассаже орудует какой-то демон, возглавляющий преступную группировку, неужели бы вы не пошли сразу же по его следу?
— Возможно, — согласился Парваттани. — Но мне нужны были бы надежные доказательства. Она же до сих пор не смогла представить ничего, что можно было бы всерьез рассматривать в качестве улик. Покажите мне нечто стоящее, и я поверю!
— А! — отмахнулась от него Эскина. — Впервые за все время он, кажется, продемонстрировал нечто отдаленно похожее на профессиональную вежливость, соблаговолив меня выслушать, но и то только из-за вашего присутствия.
Они шли впереди нас. Парваттани быстрыми широкими шагами, тем не менее Эскине удавалось опережать его своей мелкой кошачьей рысцой. Я улыбнулся. Соперничество между ними скрывало не столь уж очевидный, однако несомненный факт: у них было много общего. Мне даже показалось, что в глубине души оба даже немного восхищаются друг другом, но они, конечно же, скорее согласились бы на то, чтобы разверзлась земля и поглотила их, чем признали бы это.
— Банлофты, — объяснила Эскина, кивнув в сторону двухголовой горгоны, примеряющей у прилавка пару шляпок. — Очень популярны в Пассаже. Отличаются весьма неплохим вкусом.
— Всегда расплачиваются наличными, — добавил Парваттани. — И у них никогда не бывает никаких проблем с воровством, так как они одновременно могут и выбирать что-то, и следить за своим кошельком.
— И потом, головы всегда тщательно обсуждают товар, прежде чем сделать покупку.
— Значит, все-таки правда, что одна голова хорошо, а две лучше. Но в случае с галстуком предпочтение необходимо отдать правой.
Корреш и Маша бросили на меня непонимающие взгляды:
— Что?
— Арестуйте ее! — прошептала вдруг Эскина, указывая на длинную худощавую визилу, шествующую в нашу сторону. На ней было роскошное платье из голубого шелка и шикарная шляпа, в руках визила держала большую сумку, украшенную драгоценными камнями.
— С какой стати? — возмутился Парваттани.
— Она украла эту сумочку! Из магазина Коватиса.
— Откуда вам известно, что она ее не купила? — спросил я.
— Потому что Коватис работает только на заказ, — взволнованно прошипела Эскина. — И я была в его магазине с одной дамой из пентюхов, которая и заказала сумочку.
— Вот видите, господин Ааз?! — возмущенно воскликнул Парваттани. — Подобную чепуху с ее стороны нам приходится выслушивать уже несколько лет подряд!
Я бы, наверное, согласился с ним, если бы не чрезмерная, нарочитая выверенность походки визилы, которая сразу же пробудила во мне природную подозрительность.
— Задержи ее, — приказал я Коррешу.
— Слушаюсь! — ответил он, протянул свою громадную ручищу, поднял визилу за ее блестящий шелковый воротник и прогромыхал: — Верни сумку!
— О! О! — закричала визила, пытаясь вывернуться из лап Корреша. — Отпустите меня! Я… я просто хотела пройтись с ней и посмотреть, насколько она мне подходит, прежде чем покупать! Вот, вот! — И она поспешно сунула украшенную драгоценностями сумку мне в руки.
