— Вы все кое о чем забыли, — напомнил нам Раттила, подняв свою тощую лапу. И в то же мгновение она наполнилась необычайной силы энергией, подобной шаровой молнии. — У меня в руках ваш друг.
— Ты в порядке, Корреш? — крикнул я.
— В порядке, — промычал в ответ тролль.
— Хорошо. Ладно, Раттила, чего же ты хочешь?
— Ну вот, теперь я слышу разумные слова, — пропел Раттила, и голос его звучал необычайно самоуверенно. Как бы играя, он несколько раз подбросил светящийся шар, образовавшийся у него в руках, а затем швырнул его троллю в лицо. Корреш скорчился, а мы все почувствовали запах опаленной шерсти. — Я хочу только одного — чтобы вы все отсюда ушли. И забыли обо мне. Уходите и дайте мне закончить мою работу. Если вы сейчас же не уйдете, ваш друг умрет. Вот чего я хочу. Надеюсь, вы поняли.
— Угу, — я кивнул. — Ну что ж… извини, Корреш! — И я прыгнул на них.
Раттила мгновение озадаченно таращился на меня, затем запустил в нас свой светящийся шар. Я откатился в сторону, не обратив внимания на вспыхнувшую кипу носков, в которую ударила молния, и бросился на Раттилу. Тот соскочил с брюха тролля и с воплем кинулся в какое-то вонючее укрытие. Все остальные пассажные крысы разбежались в разных направлениях, большинство в поисках выхода.
— Держите их! — крикнул я Парваттани и его людям, которые стояли словно завороженные. — Я схвачу Раттилу.
—
Парваттани, Цира и охранники стали преследовать пассажных крыс по всей Норе. Маша приблизилась к Коррешу, чтобы освободить его.
— Он не должен уйти! — задыхаясь, произнесла Эскина.
Темная фигура впереди бежала, огибая кипы краденых вещей. В нашу сторону летели шаровые молнии и языки пламени. Чтобы не стать их жертвами, приходилось прыгать в горы уже начинающей тлеть одежды и дурно пахнущей обивки. Низкое и душное помещение наполнялось дымом по мере того, как молнии Раттилы поджигали все большее количество награбленного скарба.
— Он не уйдет! — закашлялся я.
Нашим слабым местом было то, что я не располагал четким планом. Я рассчитывал на то, что мы одолеем Раттилу и его присных благодаря своему численному превосходству. Я был одновременно и удивлен, и обрадован, обнаружив, что их так немного. Парваттани должен без особого труда окружить и арестовать всех.
Опора у меня под ногами была очень ненадежная. Простыни, майки, рубашки, носки и чулки, шляпы и нижнее белье — все это использовалось не более одного раза и затем разбрасывалось по всему подвалу в виде разнообразных кип, остро пахнущих аммиаком. Я наступил на связку шарфов. Зеленая вспышка молнии пронеслась над головой, врезалась в большие напольные часы и мгновенно испепелила их.
— Он пытается запутать следы и бежит назад, — заметила Эскина.
Мгновение я оценивал наше местонахождение и понял, что она права. Звуки драки снова долетали до нас, но теперь уже спереди. Я услышал голос Парваттани, отдающего команды.
— Он бежит по направлению к вам! — крикнул я.
Я надеялся, что Цира и Маша смогут перерезать ему дорогу, но при тех возможностях, которыми располагал Раттила, он, конечно же, справится с ними. Я даже особенно не задумывался над тем, что будем делать
— Именем закона приказываю вам остановиться! — услышал я крик Парваттани.
В ответ воздух прорезала еще одна молниевидная вспышка. Мы увидели полосу белого актинического света и услышали вопль боли.
— Необходимо отнять у него украденное устройство, — сказала Эскина.
— И отнимем! — мрачно ответил я. — Разделимся и окружим его.
Эскина коротко кивнула и бросилась налево между парой больших зеркал.
Вернувшись в ту часть подвала, где мы уже были раньше, я заметил Раттилу. Он взбирался на самую высокую гору мусора, на вершине которой располагалось металлическое сиденье, напоминавшее наглядное пособие из школы для юных садистов. Я ринулся за ним. Крыс увидел меня примерно тогда же, когда я заметил Эскину, крадущуюся за ним.
— Ну давай, давай, урод, — начал я дразнить Раттилу, приближаясь к нему медленно, но неуклонно. — Сдавайся. Ты даже и предположить не можешь, какую силу мы можем тебе противопоставить.
— Я все о тебе знаю, Ааз, — рявкнул в ответ Раттила, обеими руками неистово разгребая мусор. — Ничтожество, утратившее магические способности! Надутый хвастун, лишенный каких бы то ни было талантов! В мизинце твоего Скива гораздо больше дарований, чем у тебя когда-либо было даже в мечтах!
— Возможно, возможно, — спокойно признал я. — Скив — весьма многообещающий парень. Ну и что?
Меня приводило в ярость то, что он пытался дразнить меня с помощью воспоминаний о моем бывшем партнере. Я заткну его поганый рот! Эскина уже находилась на расстоянии всего одного шага от него, и я готов был предоставить ей право напасть на Раттилу первой.
— Не имеет значения, насколько кто хорош, все равно найдется кто-то лучше. Скив — настоящий, а ты всего лишь жалкое ничтожество, не способное никем стать.
— Я есть воплощение… — прошипел Раттила. — Я держу в своих руках все…
