Однажды бог Нетунс оставил два котла с водой. В это время с разных сторон к котлам подошли Херкле и Уни. Им обоим очень понравились котлы. Они были большие, сделанные из блестящей бронзы, а их ручки украшали головки змей. Да и хозяина этих котлов нигде не было видно. Боги принялись спорить, кто же из них станет хозяином прекрасных сосудов. Конечно, они сразу вспомнили о былой неприязни, и это придало их спору особую остроту. Уни в тот момент была вооружена, поэтому она взмахнула своим копьем, чтобы поразить дерзкого, как она считала, Херкле. В ответ тот поднял свою тяжелейшую дубину, готовясь нанести удар богине. Неизвестно, чем бы это могло закончиться, если бы в тот момент не появился Нетунс. Он и решил спор, забрав свои собственные котлы.
Как-то раз богиня Уни шла густым лесом. Неожиданно на нее напали лесные существа из свиты бога Фуфлунса. Уни стала сопротивляться, но противников было очень много, и она не могла с ними справиться. Тогда богиня закричала. Ее крик услышал Херкле и прибежал на зов. И хотя Херкле испытывал к Уни неприязнь, он, всегда встававший на защиту слабых и терпящих насилие, решительно вмешался. Бог взмахнул своей тяжелой дубиной и ударил первого попавшегося лесного демона, затем поверг наземь и другого. Остальные, видя, что с могучим Херкле им не справиться, разбежались. Уни была спасена.
После случившегося Уни изменила свое отношение к Херкле. И этим решил воспользоваться верховный бог Тиния, которого угнетала вражда между двумя божествами. Он попросил Уни усыновить Херкле. Богиня согласилась. Она легла на ложе, покрылась плащом и начала вести себя так, как будто она рожает. После этого Херкле лег рядом, прижался к ней под ее плащом, а затем выполз из-под него, будто только что родился от Уни. Затем Уни дала ему свою грудь, и Херкле приник к ней, выпив несколько капель божественного молока. Тогда все присутствующие боги воскликнули, что Херкле теперь — законный сын Уни[48].
Как рассказывают, Марис был первым, кто приручил коня, взнуздал его и стал ездить верхом. Некоторые же утверждали, что в действительности Марис имел две природы: если смотреть спереди, — это был обычный, хотя и очень большой человек, а если со спины, — то конь. Прожил Марис 123 года. Когда он начал стареть, то обратился к помощи богини Менервы. Она приготовила большую амфору, наполненную специальной волшебной жидкостью, и Марис, не снимая с себя вооружения, окунулся туда с головой. Через некоторое время из глубины амфоры вынырнул младенец. На голове его был шлем, а в руках копье. Это и был возрожденный Марис. Прошло еще столько же лет, и снова навалилась на Мариса неодолимая старость. Когда он умер, Менерва вновь положила его тело в ту же амфору с той же жидкостью, и снова появился на свет вооруженный маленький Марис. И в третий раз пришлось Менерве заняться тем же делом через те же 123 года. И опять Марис возродился. После этого он окончательно стал бессмертным и юным.[49]
Предком этрусков был Расенна, и сами этруски тоже называли себя расеннами[50]. Тиррен, отец Расенны, был сыном Херкле. Вместе со своим братом Тиррен правил одной из азиатских стран[51]. Братья управляли столь кротко и мягко, что население страны очень быстро увеличилось, и никто не хотел уезжать, потому что нигде не смог бы найти столь благородных правителей. Вскоре собственная земля уже не могла прокормить все увеличивающееся население. Начался голод. Чтобы разделить со своими подданными их страдания, братья тоже в течение двух дней не брали в рот даже куска хлеба, но от этого голод, конечно же, не прекратился. Тогда братья решили разделить свой народ на две части. Одна из них должна была отправиться за море на поиски новой страны для поселения, а возглавить переселение обязан будет тот из братьев, на кого укажет жребий. Жребий выпал Тиррену.
Между тем подошло время игр. Чтобы отвлечь народ от тяжелых мыслей и дать в последний раз всем вместе отпраздновать игры, братья решили сделать их как можно более торжественными и радостными. Они изобрели игры в кости и в шары, научили людей играть на флейте, а Тиррен изобрел трубу, звук которой вдохновлял народ и призывал к новой жизни и новым подвигам. Игры продолжались несколько дней, и все почти забыли, что должно прийти время расставания. Когда же игры закончились, стали бросать жребий и среди народа. По велению богов, переданному через жребий, половина населения — мужчины, женщины, дети и старики — собралась и печально и горестно направилась к морскому побережью. Там они погрузились на корабли и отправились в неизвестность.