Реальное состояние вооружённых сил любой страны – основная цель всех разведок, особенно в ходе войны. Сотни агентов, десятки аналитических центров, отделов и служб трудятся круглосуточно, добывая, сопоставляя и анализируя различные данные с единственной целью – представить реальное состояние дел в действующей армии противника. Причём разведчики стремятся получить всестороннюю информацию. Не только цифры личного состава, поставленного под ружьё, вооружения и техники, выпущенной заводами, но и данные об уровне подготовки старшего командного состава, офицеров тактического звена, степени обученности поступающего в действующую армию пополнения. Помимо этого, скрупулезно ведётся учёт количества перебежчиков и дезертиров, анализируется национальный состав, изучаются системы и скорость передачи информации и приказов на различных уровнях. Всё это позволяет выявить не только материально-технические возможности противостоящей стороны участвовать в затяжном военном конфликте, но и боевой дух войск, уровень дисциплины, трения в среде личного состава на национальной почве, которые можно использовать для снижения боеспособности частей, разложения войск и т. д.
Как ни парадоксально, но для обеих сторон, участвующих в войне, было важно надёжно скрыть правдивую информацию подобного рода не только от противника, но и от собственного народа. Ибо в армии любой страны во все времена обязательно было немало негативных моментов, которые, став известными широким слоям общества, могли повлиять на её моральное состояние: поколебать веру войск в своих командиров, а гражданского населения – в умение и желание политического и военного руководства государства защищать страну. Так было и в годы Великой Отечественной войны. Все неудачи, негативные моменты и преступления, происходившие в войсках, а часто и придуманные, активно использовала пропаганда обеих сторон для формирования у советских людей «звериного образа немецко-фашистских захватчиков», а у немцев – «облика недочеловеков с Востока».
Подготовленный в то время специалистами по пропаганде и дезинформации, а затем умело вложенный в головы миллионов людей, этот информационный пласт, обрастая с годами новыми, придуманными уже обычными людьми подробностями, работает по сей день. И продолжает формировать в сознании соотечественников вот уже почти 70 лет искажённый до неузнаваемости облик Красной Армии и далёкое от действительности представление о той Великой войне. Реальное же положение дел в войсках противоборствующих сторон и происходившие в них процессы тогда тщательно скрывались, поэтому в наше время эти аспекты (войны или отдельных сражений) понять крайне сложно. Документы «о непридуманной войне» сегодня скрыты не столько грифами «секретно», а прежде всего миллионами страниц с сопутствующей боевым действиям информацией, которая двигалась непрерывным потоком между штабами сверху вниз и сверху вниз. Поэтому, чтобы обнаружить описания интересующего события или хотя бы отзвук его, исследователям необходимо приложить колоссальный труд, перелопатив документальные «терриконы» в военных архивах.
Но были на войне люди, которым полагалось знать абсолютно всё, что происходит в войсках, и принимать меры для исправления негативных тенденций и предупреждать их появление. К узкому числу таких руководителей в первую очередь относились командующие армиями и фронтами. Среди них был и генерал армии Н.Ф. Ватутин, командующий Воронежским фронтом. Ежедневно на его стол ложились десятки донесений, справок и докладов о состоянии и действиях подчиненных войск и даже отдельных солдат и командиров. Причём большинство из них носили оперативный характер. Эта информация требовала принятия немедленных решений, ибо промедление могло негативно повлиять на результат боевой работы фронта.
Помимо ежедневного потока документов, примерно раз в 5 дней, иногда через десятидневку, от различных служб и управлений фронта и армий поступали итоговые доклады и донесения. В них не столько излагались факты и события, сколько подводились итоги боевых действий за определённый период и, что очень важно, отмечались обнаруженные проблемы, прежде всего отрицательные. Это позволяло командующему сразу выделять наиболее важные вопросы из общего информационного потока и оперативно реагировать на них, если, конечно, это было в его силах. Сегодня это бесценный материал для историков. Опуская субъективные оценки и выводы, которые всегда имеются в документах подобного рода, можно утверждать: знакомство с комплексом (рядом) этих материалов действительно позволяет увидеть реальное положение дел в войсках (хотя, возможно, не во всех сферах), в частности Воронежского фронта. Попробуем и мы, опираясь на эти источники, взглянуть на крупные проблемы, возникшие (или обострившиеся) в ходе отражения наступления ГА «Юг» и ситуацию в его армиях в первые 5 суток (т. е. в самый тяжёлый и ответственный период Курской битвы).
