Прислали мне в качестве представителя от авиачастей одного капитана, а его никто не слушает. Он требует выслать самолёты, а на его заявки не обращают никакого внимания. Ну, ясно, что мне пришлось отказаться от такого представителя, было всё равно, он был у меня или не был, мне всё равно самолётов не давали.
Что касается расположения аэродромов, то у нас поблизости их не было. Как правило, аэродромы располагались на расстоянии 50–60 км от переднего края обороны, а потому и связь с ними плохая была, и вызвать с них самолёты трудно. Прилетали они обычно тогда, когда и надобности в них не было»[590].
После каждого инцидента на поле боя создавалась комиссия, в которую включали представителей обеих сторон, а также представителей отдела «Смерш» и детально рассматривали суть происшествия и его причины. После чего рекомендовалось принять меры к недопущению подобного впредь, но боестолкновения продолжались уже на других участках.
11 июля 1943 г. Военный совет фронта был вынужден направить командующим армиями и их артиллерией шифровку № 12939, в которой указал, что все происшествия, связанные с плохой ориентировкой войск на поле боя и недостаточным взаимодействием, «в результате чего были случаи, когда отдельные подразделения и группы наших войск в течение 8–9 июля вели бой между собой, своя авиация бомбила свои войска, а наша зенитная артиллерия вела огонь по своим самолётам»[591], будут расследованы военной прокуратурой фронта до 14 июля и будут сделаны соответствующие выводы. При этом командармам и командующим артиллерией было приказано «добиваться более организованного взаимодействия и связи»[592]. Но, увы, и этот грозный приказ мало помог. В тот же день, 11 июля, под собственные бомбы в оперативном тылу угодил командующий 69-й А генерал-лейтенант В.Д. Крючёнкин со своей оперативной группой. Через сутки, 12 июля, в полосе обороны его армии южнее Прохорова произошло крупное боестолкновение, теперь уже между стрелковыми соединениями Воронежского фронта и 5-й гв. ТА, прибывшей из резерва Ставки ВГК. Обратимся к приказу командующего 69-й А: «…Около 17–18 часов 12.07 53-й отдельный танковый полк [5 гв. ТА. – З.В.] начал наступление на 1-й Ново-Александровский Выселок.
Пройдя в колонне к высоте 241.5 (сев. с. Александровка), танки сходу открыли огонь по боевым порядкам 92-й гв. сд и танкам 96-й танковой бригады, находящимся в районе с. Александровка. Произошел бой между нашими войсками, одновременно наши штурмовики обстреляли боевые порядки 92-й гв. сд. Только после вмешательства старшего офицера Генерального штаба Красной Армии подполковника Соколова и командующего артиллерией 35-го гв. ск с большим трудом удалось прекратить этот бой.
