В наши тылы забрались люди, которые только больше думают о себе и о начальстве, как бы ему угодить, а о бойцах и средних командирах, которые грудью стоят против противника, забота проявляется по возможности. Враньё, всевозможные выкрутасы, очковтирательство процветают на каждом шагу. Сравним войны. Когда я воевал в 1917–1918 гг., солдаты были дисциплинированы лучше, сравниваю с гражданской войной. Дисциплина была железная. Сейчас «раздемократились». Особенного внимания своевременному воспитанию красноармейца, младшего командира, да и старшего командира не уделялось, а если и делалось что-то, то без достаточного контроля. Приходящее пополнение в военном отношении не обучено. Как старый солдат, знаю, каким должен быть солдат русской армии, у нас, надо сказать, не блещет выправка красноармейца, более того, даже командира. Когда начинаешь подтягивать до уровня настоящего воина, проявляют недовольство, и начинает группироваться мнение, что командир жесток и т. д. и т. п. Лени хоть отбавляй. Кроме всего, что я тебе вкратце рассказал, – я скажу, что неувязки нас заели. К примеру, «Лопата, – говорят, – друг солдата», а в бой мы пошли без лопат. «Обещали». Вот эти обещания настолько надоели, что веры нет. Ко всему приходится относиться с подозрением. Много в штабах просто идиотов. Видишь, дурак, а он занимает пост благодаря тому, что болтает, врёт. Вот так приходится нести уйму обид, объективности нет»[595].
Автор этих строк был человеком, на мой взгляд, неординарным, болеющим за дело, но описывал положение дел в наших войсках, опираясь хотя и на большой, но лишь на собственный жизненный опыт. Поэтому его оценка является взглядом человека «внутри события», а значит, не свободного от крайних форм субъективизма. Однажды в беседе со мной известный советский военный историк, участник Курской битвы полковник Г.А. Колтунов, дал мне следующий совет: «Собственный опыт участия в боях Великой Отечественной научил меня: для любого солдата эпицентр сражения – это его окоп. Поэтому остерегайтесь делать выводы только по мнению очевидцев и участников событий, особенно военных». Руководствуясь этим правилом, обратимся к оценке советских войск, которую давал участник тоже двух мировых воин, в том числе и на территории нашей страны, немецкий генерал Г. Блюментритт[596]. В беседе с известным английским теоретиком военного искусства Б.Л. Гартом он утверждал: «Красная Армия 1941–1945 годов была значительно сильнее царской армии. Солдаты фанатично сражались за идею, это усиливало их упорство и, в свою очередь, подталкивало наших солдат действовать упорнее. На Востоке, как никогда, более верным оказывалось правило «или ты меня, или я тебя». И дисциплина в Красной Армии была куда более жёсткой, чем в царской»[597].
