Один из наиболее дискутируемых вопросов в истории Прохоровского сражения: «Знал ли противник о подготовке советской стороной столь масштабного контрудара?» Те, кто считает эту операцию бесспорно удачной, ссылаются на книгу мемуаров командующего 5-й гв. ТА, в которой он ясно написал, что операция для противника оказалась неожиданной. Поэтому в первые минуты боя он был ошеломлен. По мнению П.А. Ротмистрова, это один из факторов, который помог нашим войскам. Однако есть сомнения в справедливости такой точки зрения, хотя полностью отвергать её не следует. Чтобы разобраться в этом вопросе, необходимо знать, какой информацией обладало на тот момент немецкое командование как оперативного, так и тактического звена.
При проведении любой наступательной операции атакующая сторона важное место отводит разведке. Без этого невозможно вскрыть намерения противника, а значит, верно спланировать дальнейшие действия своих войск. В свою очередь разведслужбы повышенное внимание уделяют танковым и механизированным колоннам противника, двигающимся в сторону фронта, в силу высокой подвижности и огневой мощи этих войск.
Командованию 4-й ТА и её соединений было известно, что советские бронетанковые войска в обороне обычно применяют два способа ведения боевых действий: короткие атаки – группой 20–40 машин при поддержке пехоты и массированные танковые контрудары, в которых используют сразу несколько сотен танков. Наиболее опасными были последние, особенно тогда, когда армия находилась в системе сильных оборонительных рубежей русских, а её фланги были значительно растянуты. Поэтому с первых дней «Цитадели» наземная и воздушная разведки отслеживали переброску крупных танковых и мехсоединений, в нашем тылу в сторону фронта.
Судя по имеющимся документам, эта работа принесла свои плоды. Командование ГА «Юг», хотя и в общих чертах, но знало, из каких направлений и в какие районы подводились крупные советские подвижные соединения. А исходя из анализа оперативной обстановки и рельефа местности без труда определяло возможные места их использования в полосе армии. До последнего времени советская сторона пыталась наносить удары сильными танковыми группировками в основном по флангам 2-го тк СС. В силу этого разведка 4-й ТА и её корпусов с особым вниманием следили за районом восточнее и юго-восточнее Прохоровки, поэтому подход 5-й гв. А и 5-й гв. ТА для армейского и корпусного командования противника не стал неожиданностью. До конца дня 12 июля не был известен номер армий и их соединений, а также их общая численность. Однако в том, что восточнее Прохоровки сосредоточено 2–3 свежих танковых корпуса, немцы знали. Не заметить сплошные многокилометровые колонны техники, двигавшиеся в дневное время к Прохоровке, их авиаразведка просто не могла. Невозможно поверить и в то, что разведке противника не было известно о занятии обороны 9 июля во втором эшелоне под Прохоровкой соединений 5-й гв. ТА – 18-го тк и 5-го гв. Змк, а затем об их смене.
Обратимся к документам. Так, в 20.30 9 июля штаб 2-го тк СС получил информацию из штаба 4-й ТА:
Часом раньше сам П. Хауссер подписал боевое донесение в ГА «Юг», в котором отмечал:
На следующий день штаб 2-го тк СС сообщал:
