Мифы и легенды Огненной дуги полностью

Интересна оценка этих событий немецкой стороной, которую приводит К.Г. Фризер: «…Сегодня можно утверждать: встречное танковое сражение под Прохоровкой 12 июля не было выиграно ни немцами, ни Советами, так как ни одной из сторон не удалось выполнить намеченной цели»[668]. Трудно согласиться с этим утверждением. Действительно, контрударная группировка Воронежского фронта поставленную задачу полностью не выполнила, потому что сделать это было просто нереально при сложившемся соотношении сил. Однако главной задачей в обороне является отражение удара противника, и эту задачу наши войска выполнили: не допустили прорыва армейской (тыловой) полосы, сохранили оперативную устойчивость обороны и нанесли врагу такие потери, что тот был вынужден отказаться от продолжения наступления на главном направлении. Ведь Э. фон Манштейн планировал на 12 июля за счёт перегруппировки сил нанести решительный удар, завершить прорыв обороны русских и выйти на оперативный простор. Этой цели враг не добился. Таким образом, в конечном итоге войска Ватутина выиграли сражение под Прохоровкой, а затем успешно завершили оборонительную операцию, создав условия для решительного контрнаступления.

После того как 12 июля 1943 г. Западный и Брянский фронты приступили к выполнению плана «Кутузов», стало окончательно ясно, что наступление ГА «Юг» зашло в тупик. 13 июля Гитлер принял решение прекратить операцию «Цитадель». Манштейн утверждает, что фюрер, запретив ему использовать в переломный момент сражения оперативные резервы – 24-й тк, лишил его заслуженной победы[669]. Однако к тому времени противнику уже стало известно о подготовке советского Южного фронта к наступлению против немецкой 1-й ТА, тем самым создавалась серьезная угроза южному флангу ГА «Юг». Если даже допустить, что Манштейну удалось бы прорвать рубеж у Прохоровки (что маловероятно, учитывая соотношение сил, сложившееся к этому моменту на направлении Прохорова – Курск), то его удар «повис бы в воздухе». Поэтому после 12 июля он думал уже только о проведении лишь частных операций с ограниченными целями: окружении 48-го ск 69-й А, затем, в перспективе, об ударе в северо-западном направлении – с целью одностороннего охвата и окружения 40-й А.

Как бы то ни было, но сражение под Прохоровкой выиграли советские войска. Победа в этих боях, ставших завершающим этапом боевых действий на южном фасе Курского выступа, предопределила успех оборонительной операции Воронежского фронта в целом.

Непосредственная оборона войсками Воронежского фронта в ходе Курской битвы станции Прохоровка и прилегающих к ней высот началась 10 июля 1943 г., когда ударные соединения немецкой группы армий «Юг», не добившись успеха на обоянском направлении, сосредоточили свои главные усилия на прорыве к Курску наступлением в северо-восточном направлении. Закончилось сражение у станции через 7 суток. В ночь на 17 июля немецкое командование начало отводить свои силы с передовой в направлении Белгорода, и в середине дня 17 июля войска Воронежского фронта, удержав рубеж у станции, перешли к решению следующей задачи – вытеснению противника на исходные рубежи.

12 июля 1943 г. был проведён контрудар войсками Воронежского фронта (командующий – генерал армии Н.Ф. Ватутин), основные события которого развернулись юго-западнее ст. Прохоровка. При этом боевые действия в этот день явились лишь частью сражения на прохоровском направлении (10–16 июля), в котором участвовали три советских армии – 5-я гв. А генерал-лейтенанта А.С. Жадова, 69-я А генерал-лейтенанта В.Д. Крючёнкина и 5-я гв. ТА генерал-лейтенанта П.А. Ротмистрова. Подробный анализ хода боевых действий, основанный на подлинных документах той поры, в том числе и немецких, показывает, что устоявшиеся за многие десятилетия представления об этом сражении и его результатах не вполне соответствуют действительности.

Общеизвестно, что одним из основных критериев степени развития оперативного искусства, тактики, мастерства командиров и штабов, подготовки войск является уровень потерь при известном соотношении сил и средств в сражении (бою). Вопрос о потерях – «больной вопрос» отечественной историографии Великой Отечественной войны. В советский период цензура не разрешала публиковать в открытой печати сведения о потерях советских войск в операциях. Чтобы не акцентировать внимание на больших потерях Вооружённых Сил в начальный период войны, не публиковались данные о количестве танков и других вооружений Красной Армии перед гитлеровским нападением. Почти полвека прошло после Победы, прежде чем была снята наконец завеса секретности с этой темы: вышло статистическое исследование о потерях Вооружённых сил СССР в войнах и вооружённых конфликтах[670].