Многие в эмиграции не поверили в предательство Скоблина. Во-первых, на судебном процессе Плевицкая ни в чем не призналась. Во-вторых, видный деятель РОВС Савин уверенно заявил, что записка, якобы оставленная генералом Миллером, была написана не его почерком, это – фальшивка, и Скоблин невиновен. Не выдерживают критики и обвинения в том, что он и Плевицая «жили не по средствам», что якобы подтверждает версию о «тридцати сребрениках». Однако Плевицкая часто выступала с концертами, и ей по-прежнему хорошо платили.
Но самое главное, трудно было вообразить, что боевой генерал мог писать доносы на своих прежних однополчан, или помогать похитить русского генерала, обрекая его на мученическую смерть. Чтобы делать все это, надо было быть совершенно свободным от любых моральных принципов. Трудно поверить, что так мог поступать кадровый офицер Русской армии, закаленный огнем сражений. Да и упомянутое выше письмо с аллилуей в адрес Сталина написано явно в стиле советского Агитпропа, а не рукой царского офицера, жившего в Париже. Ведь он не мог не знать, что в СССР призывали уничтожить офицерство «как класс», говоря об этом даже в стихах:
Есть и еще причины для сомнений. Никто так и не подтвердил, что обязательство работать на советскую разведку написано собственноручно Скоблиным. Странно также, что о его причастности к ней объявили лишь в 1993 году. Задают историки вопросы и о том, почему в деле «Фермера» нет полноценных сведений о лидерах русского зарубежья, которых Скоблин отлично знал, а лишь информация, почерпнутая из газет? Есть и много других «нестыковок». Зачем, например, Скоблина отправили или готовились отправить в Испанию? Кроме того, есть сообщения, будто он был агентом еще и немецкой разведки, что окончательно запутывает дело. Эрих Ромер, например, снял о нем фильм под названием «Тройной агент».
Не все ясно и со смертью Плевицкой. Есть версии, что, учитывая связи Скоблина с немецкой разведкой, ее на самом деле освободили и переправили в Южную Америку, где певица благополучно прожила до конца дней под фальшивым именем. Но наиболее вероятно, что в тюрьме ее убили, отравив. Были также сообщения, что «курского соловья» привязали к двум танкам и разорвали на части.
Зимой 1918 года он спас Балтийский флот, вывел из портов Ревеля и Гельсингфорса 236 боевых кораблей, в том числе б линкоров, 5 крейсеров и 54 миноносца, из-под носа у стремительно наступавших немцев и через льды увел их Петроград. «Награда» за подвиг оказалась неожиданной – поличному приказу Троцкого герой был арестован и поспешно расстрелян, якобы за «измену». Это был первый расстрел, официально совершенный большевиками.
Речь идет об Алексее Щастном – офицере царского флота, имя которого в советские времена находилось под строгим запретом. Родился Алексей Михайлович в семье артиллерийского офицера, однако стал моряком – окончил в Петербурге Морской корпус и посвятил свою жизнь флоту. За отвагу в годы Русско-Японской войны был награжден орденом Святой Анны. Во время Первой мировой дослужился до звания капитана первого ранга, командовал миноносцами и линейными кораблями. После захвата власти большевиками продолжал верно служить России, защищая ее от немцев. Был официально назначен наморси – начальником Морских сил Балтийского моря. Но все называли его просто «красным адмиралом».
